Люди все еще в паре, живут вместе, занимаются сексом, воспитывают детей, объединяют ресурсы. Они просто не женятся
Во всем мире происходит что-то подобное? Неужели брак рушится, потому что у женщин с более широкими правами и возможностями меньше потребностей в парах?
На первый взгляд, ответ кажется "да". Многие писатели отслеживают падение брака к растущей легкости одиноких родителей. Учитывая ошеломляющую статистику Исландии - более 70 процентов рождений в 2018 году были вне брака - это стало популярным направлением. Эмили Эпштейн, пишущая для журнала "Атлантика" в 2016 году, отметила, что в Исландии: "Сочетание щедрых социальных программ и светского общества сделало свадебные церемонии устаревшими, одновременно породив уникальную культуру независимого материнства... Жизнь в маленькой общине означает, что родственники часто находятся рядом с ребенком и могут устроить его в детском саду".
Политолог Джанет Джонсон сделала аналогичное наблюдение в "The New Yorker" в 2015 году. Пишущая о "самобытной культуре одинокого материнства в Исландии", она отметила, что "исландские родители получают обширные социальные пособия, в том числе девять месяцев оплачиваемого отпуска, который распределяется между родителями, и доступные дошкольные учреждения". Большинство людей также имеют сети родственников поблизости, которые могут помочь им справиться с этой проблемой". Подобно тому, как у женщин из Мосуо есть братья и сестры, у западных женщин есть семья, друзья и государственная помощь.
Одинокое материнство сегодня, возможно, легче, чем раньше. Но все эти комментарии упускают суть. Главная тенденция - это не рост числа родителей-одиночек, а снижение формальности брака. Люди все еще объединяются в пары. Они все еще живут вместе. Они все еще занимаются сексом, воспитывают детей и объединяют ресурсы. Они просто не женятся. Они не подчиняют свои отношения совокупности прав и обязанностей, которые правительства называют "браком". Как разъяснил исландский демограф Ари Кленгур Йонссон в своем докладе "Нация ублюдков"? (2019), подавляющее большинство внебрачных родов в Исландии происходит не от одиноких матерей, а от сожительствующих пар.
Для демографов рост сожительства находится в центре брачной революции. Цифры ошеломляют. В США число сожительствующих гетеросексуальных пар выросло с 1,6 млн. в 1980 году до 8,5 млн. в 2018 году. В Норвегии треть респондентов в 1984 году считали нормальным, чтобы не состоящая в браке пара жила с детьми; к 2007 году более четырех из пяти пар одобрили сожительство без плана вступления в брак. Беспрецедентные изменения в сроках, продолжительности и последовательности интимных отношений сделали изучение брака гораздо более сложным сегодня, чем в прошлом", - начинает недавний научный обзор Корнелльского университета в Нью-Йорке. "Рост сожительства является главной причиной.
Чтобы объяснить упадок брака, мы не должны смотреть на одиночество родителей и ослабление пары облигаций. Мы должны смотреть на сожительство.
Если ты хочешь узнать о сожительстве, ты не можешь сделать ничего лучше, чем спросить Бриенну Перелли-Харрис. Перелли-Харрис, демограф Университета Саутгемптона в Великобритании, более 20 лет изучала изменения в деторождении и партнерских отношениях. Как и многие демографы, она начала свою карьеру, изучая одно место - постсоветскую Россию, но, учитывая, что структура семьи меняется во всем мире, она увидела необходимость в сравнительном подходе. Поэтому она собрала вместе демографов, антропологов и социологов и запустила Сеть по внебрачному деторождению.
Эта сеть представляет собой международную группу ученых, которые пытаются понять, что универсально меняет семью и что характерно для конкретных стран. Они начали с изучения данных опросов, но, как указывает Перелли-Харрис, "данные опросов очень поверхностны". Они мало что говорят об объяснениях - причинах, по которым люди ведут себя так, как они есть, - и о том, как эти тенденции различаются в разных странах". Итак, они использовали другой подход: фокус-группы. Они приглашали от шести до восьми человек одновременно и задавали им такие вопросы: "Должны ли люди жениться, если у них будут дети?" и "Через 50 лет, как вы думаете, люди все еще будут жениться?". К моменту публикации результатов в 2014 году они провели 79 фокус-групп, в которых приняли участие почти 600 человек из восьми европейских стран и Австралии.