Ровно через неделю Марии Ильиничны не стало. Для всех нас это было шоком. Не люблю юлить и поэтому скажу. Наверное, так было лучше всего.
Вы знаете, за эту неделю она изменилась очень сильно. Это было два разных человека. Наша любимая бабушка и совершенно незнакомая злая старуха, которая то кричала, то истерила, то пыталась драться. Земля ей пусть будет пухом.
На Олесе лица не было. Приехал ее муж. Помог все организовать. Это я описывать не буду. Просто каждый из нас вынес в этот момент для себя урок. Мы грустим за тем, что было вчера, пытаемся как-то спланировать завтра и не стараемся жить сегодня. В итоге приходит совсем непонятное завтра. А назад откатить ничего нельзя.
Вечером на кухне мы вместе с Олесей пригубили, чтобы хоть как-то не тосковать. И я вспомнила.
«Какая же она была красивая. Радостная. Всегда знала, что сказать. Помню, как я в 9-ом классе решила: все, не буду учиться. Все подружки встречались уже с мальчиками. И мне надо было. Прям в попе клещ завелся: жених. И обязательно самый-самый. Какая там учеба.
Все мое внимание увлек Колька из параллельного класса. И что? Итоговая контрольная, и у меня двойка. Подзывает меня Мария Ильинична и сердитым голосом, ну как сердитым, она сердиться не могла, слегка недовольным говорит:
- Кать! Ты чего творишь? Ты же почти золотая медалистка? Что случилось? Ты же на филфак планировала идти? Мы с тобой об этом говорили.
И я такая, недовольно хмыкнув:
- Какой там филфак, мне жених нужен, а не филфак.
Ох она и рассмеялась. И таким слегка ироничным голосом спросила:
- Смирнов который? Троечник и драчун?
- Да, он. Зато он меня в обиду никогда не даст.
- А ты знаешь, что твой Колька решил за ум взяться и мне по секрету сказал, что ему нравятся только умные девчонки, которые на пятерки учатся? Говорит: «Мария Ильинична, женюсь только на отличнице».
- Сейчас это так смешно и глупо, но ты знаешь, Олесь, в тот момент я ей так поверила. Опять взялась за учебу. Спасибо, что я все-таки не загубила свои мечты.
- Да, теть Кать. А ведь она сама чуть не бросила институт из-за меня. Помню, папа рассказывал. Когда я родилась, была такая капризная. Молока у мамы почти не было. Я плакала, она переживала. Какая там учеба. Взяла академ отпуск. А потом я сильно болеть начала. Хорошо, что папа отговорил ее, и она смога найти силы и окончить институт. ДА!
И тут слезы навернулись на наши глаза.
- ДА! Олесь, ты, главное, крепись. Мама не любила, когда начинают плакать.
- Почему-то сейчас вспомнила, как она переживала за брата. Мне тогда 8 лет было. Я, если честно, до конца не понимала, какая трагедия с ним случилась. И почему все именно так произошло. У папы не спрашивала. А к маме не лезла с расспросами, видела, что это как открытая рана для нее. Теть Кать, расскажите.
- Ну Олесь. Слушай…