Эксперты предполагают, что будет «переосмысление того, насколько любая страна хочет зависеть от любой другой страны».
Когда происходят большие судорожные экономические события, как правило, последствия растягиваются на годы.
Кто бы мог подумать, что кризис, который начался с ипотечных банкротств в американских пригородах в 2007 году, приведет к финансовому кризису в Греции в 2010 году? Или что крах фондового рынка в Нью-Йорке в 1929 году будет способствовать становлению и росту фашизма в Европе в 1930-х годах?
Мировая экономика - это бесконечно сложная система цепочек взаимосвязанных последовательностей. У каждого из нас есть ряд прямых экономических отношений, которые мы видим: магазины, в которых мы покупаем, работодатель, который платит нам зарплату, банк, который дает нам ипотечный кредит. Но как только вы получите два или три уровня, на самом деле невозможно с уверенностью узнать, как работают эти связи.
А это, в свою очередь, показывает, как нервирует и раздражает мировую экономику распространение нового вируса.
Более того, ощутимые последствия происходящего сейчас в экономике мы узнаем далеко не сразу. Сейчас знакомая нам экономическая сеть разрывается на части – миллионы её составляющих уничтожаются в цепной реакции. Это начало новой глобальной экономики, совершенно отличной от той, которая преобладала в последние десятилетия.
«Как бы я ни надеялся, что мы сможем восстановить обычную экономическую активность, это только начало нашей проблемы», - сказал Адам Туз, историк из Колумбийского университета и автор «Crashed», исследования обширных глобальных волновых эффектов финансового кризиса 2008 года. «Это период радикальной неопределенности, на порядок превышающий то, к чему мы привыкли».
Было бы глупо из-за такой неопределенности делать слишком уверенные прогнозы о том, как будет выглядеть мировой экономический порядок через семь лет или даже через семь месяцев.
Но один урок этих эпизодов экономического беспорядка заключается в том, что эти удивительные волновые эффекты, как правило, являются результатом давних нерешенных слабостей. У кризисов есть способ вытаскивать на первый план проблемы, которые игнорировались в хорошие времена.
Одной из слабых сторон современной экономики является глобализация, при которой компании могут перемещать производство там, где это наиболее эффективно, люди могут перемещаться практически куда угодно, а деньги перетекают туда, где они будут использоваться с максимальной пользой.
Идея мировой экономики с Соединенными Штатами в ее центре уже разваливалась в связи с ростом Китая и собственным поворотом Америки к национализму.
Есть признаки того, что кризис Covid-19 преувеличивает и, возможно, закрепляет эти изменения.
Рассмотрим лишь несколько свидетельств ослабления основ глобализации
Министр финансов Франции поручил французским компаниям пересмотреть свои цепочки поставок, чтобы стать менее зависимыми от Китая и других азиатских стран. Таможня и пограничная служба США заявили, что будут конфисковывать экспорт некоторых медицинских препаратов. А в пятницу сенатор Линдси Грэм предложил, чтобы Соединенные Штаты наказали Китай за неспособность сдержать вирус, списав долг, принадлежащий китайскому правительству - шаг, который может поставить под угрозу роль казначейских обязательств США в качестве основы мировой финансовой системы.
Еще до появления коронавируса границы глобализации становились все яснее.
Торговля как доля мирового ВВП достигла пика в 2008 году и с тех пор имеет тенденцию к снижению. Выборы президента Трампа и начало торговой войны с Китаем уже заставили транснациональные компании начать переосмысливать свою деятельность.
«Я думаю, что компании активно говорят об устойчивости», - сказала Сьюзен Лунд, партнер McKinsey, которая изучает глобальную взаимосвязанность. «В какой степени компании будут готовы жертвовать эффективностью ради устойчивости в долгосрочной перспективе, будь то стихийные бедствия, климатический кризис, пандемии или другие потрясения?»
Продолжение следует