После обеда, который состоял из 125 грам блокадного хлеба, сваренного из муки и опилок, маленькая Людочка подходила к высокому столу и пальчиком собирала крошки.
У моей бабушки Людмилы Павловны была особенность ее указательный палец так сильно выгибался в обратную сторону, что казалось в нем нет костей. Они были, просто так сильно маленькая людочка давила на стол, собирая крошки после обеда в блокаду, что палец выгнулся до конца жизни. Я обожала ее истории о войне и блокаде. Я с детства знаю и помню каждую из них. Как качался дом во время бомбежки, как мёрзли и голодали, как ждали дня, когда все кончится. И он настал. Блокадный Ленинград освободили. Анатолий Пелинский, молодой полковник. Отец моего деда, мой прадед. Воевал на центральном фронте и Курской дуге. Воевал за прибалтику. И дрался за освобождение блокадного Ленинграда. Пока там в заточении блокадного кольца была маленькая Люда, которая потом стала женой его сына, моего любимого дедушки.
Ей было всего семнадцать лет, когда началась война и она отправилась на фронт медсестрой. Санитарный поезд в котором она несла службу три раза подвергался артабстрелу с воздуха. Небольшого роста, худенькая медсестра Зина Котова. Тоскала на себе раненых солдат, с оторванными частями тела, с ранениями и без сознания. Она прошла всю войну и спасла не одну жизнь. Бабушка Зинушка. Так она записана в скайпе у мужа. Его любимая бабушка. Между собой мы называли ее одуванчик. Маленькая седая голова и огромные наушники, больше неё в три раза. Однажды она разоткровенничалась и целый час рассказывала нам о войне и о том, что пережила на фронте. А мы вспоминая вчера этот разговор жалели, что не записывали каждое слово.
Никого из них сейчас нет в живых. Но в нашей памяти есть все рассказы и подвиги. Они прошли войну и блокаду и вернулись. Благодаря этому на свет появились мы с мужем.