В церковь люди приходили каждый день, на братский молебен, на литургию. И потом батюшка Афиноген их отчтитывал. Он отчитывает, а люди кто свистит, кто кричит, кто по-ишачьи, кто по-коровьи орет. Страшно мне было в такие моменты находиться рядом, а батюшка говорит: "Ты стой мне масло держи, они ж больные, ничего тебе не сделают". Постепенно я стала к этому привыкать. После таких отчитываний уборку делать надо. Я видела как он исцелял многих больных, и глухих исцелял, и слепых исцелял. Помню, как-то подвели к нему девочку лет пяти с Норильска, полностью глухонемая она была. Он ей ушки помажет, язычок помажет, они все лето у нас жили. Когда они поехали домой то я слышала, что девочка уже начала разговаривать. Тут у одной глаз не видит, плачет: "Батюшка, один глаз у меня совсем не видит, а тут и другой заболел, здоровый, как же я буду, слепая то". Батюшка помолился, перекрестил ее, и она уехала в Питер. Через время приехала и говорит: "Батюшка, у меня глаз то видит, а рука не поднимаетс