Мы поговорили о том, что эпоха постмодерна - это момент духовного краха. Все авторитеты сокрушены, святыни попраны, дерзания осмеяны…
Отрицание предыдущего опыта - шаг, необходимый для развития. Но на отрицании далеко не уедешь. И появился метамодерн.
Метамодерн — это глобальный культурный процесс, характеризующийся «колебанием» (осцилляцией) между двумя противоположностями (модерн и постмодерн, например) и одновременностью их использования.
Как бы а в чем разница? А кто его знает! Постмодерн всегда играл с отсылками и обломками интеллектуальных конструкций прошлого, почему бы ему сейчас не "осциллировать", периодически гальванизируя полусгнивший труп модерна?
И все-таки метамодерн принес нечто новое, нечто дающее надежду. Я говорю о понятии "новая искренность".
Но́вая и́скренность (англ. New Sincerity) — термин, определяющий движение в искусстве, культуре и философии. Обычно используется для описания произведений искусства, которые отходят от принципов постмодернистской иронии и цинизма, выдвигая искренность в качестве основного мотива. Они возвращаются к темам гуманистической и экзистенциальной проблематики, сохраняя при этом некоторые черты постмодернистских произведений. Термин схож по значению с метамодернизмом и часто используется как его синоним. (Википедия)
Это отказ от иронии. Это робкая попытка сказать правду, открыть сердце, стать уязвимым, сбросив постмодернистскую защитную броню. Это добрый знак. Но этого мало.
Но увы, метамодерн не преодолевает главную, сущностную проблему постмодерна, не отрицает его основную, определяющую черту. Постмодерн - это жизнь без истины, без добра и зла, без разметки мира, без иерархии, без последовательного и оформленного мировоззрения.
Можем ли мы все же преодолеть постмодерн? Можем ли мы построить новое мировоззрение? Можем ли говорить об истине всерьез, не скатываясь при этом в премодерн, не призывая вернуться в традиционное общество?
Я считаю - можем. Но об этом - завтра.