Люди часто заводят в качестве домашних любимцев кошечек, собачек, рыбок, птичек и пр.
В детстве у меня уже были все эти животные и мне хотелось кого-то особенного, чьи повадки мне были совершенно незнакомы. И вот, шагнув во взрослую и самостоятельную жизнь, променяв городскую квартиру на загородный дом, у меня появился просторный курятник и пара гусят в придачу.
Гусятам было позволено ходить по курятнику где вздумается, есть не по расписанию, а когда захочется. И конечно у них был свой водоём в виде старого тазика.
Птенцы быстро подрастали и на глазах превратились в двух прекрасных, статных гусей. Продавец не обманул, они действительно оказались гусыней и гусаком. Только вот незадача, у гусыни было наследственное заболевание – вывернутое крыло, из-за которого она не могла летать. Хотя мне это проблемой на тот момент не показалось, даже наоборот, подумалось: «Хорошо, что не надо подрезать крылья, итак никуда не денутся».
За лето, проведенное вместе, мы привыкли друг к другу. Даже дворовая собака подружилась с гусями, и они иногда ложились подремать рядом с ней, прямо перед будкой.
Когда я возвращалась домой, встречать меня к калитке бежала не только собака, но и гуси, которые в обычные дни, старались держаться от меня на небольшом расстоянии, хотя, при этом, они всегда ходили за мной по пятам.
Правда, ручным был только гусак, именно он каждое утро требовательно шипел над пустой кастрюлей и просил налить им воды. В благодарность за полученное, он давал себя немного погладить, а иногда и взять на руки, однако это сразу заставляло нервничать его даму, и я старалась не злоупотреблять его доверием и не огорчать её.
Гусыня же никогда не позволяла себя гладить. Но, не смотря на такой разный характер, они всегда жили душа в душу, как мне казалось. К посторонним они относились довольно агрессивно и тревожно, всегда громко гоготали, шипели, но ни разу никого не обидели.
Вообще, когда у тебя есть животные, с ними часто случаются интересные истории. Немало их было и с моими гусями, но в итоге все закончилось немного печально.
Лето промчалось быстро, за ним наступила осень, столбик термометра опускался всё ниже и ниже, стремительно приближаясь к нулю. Что конкретно стало не так, мне до сих пор не понятно, то ли сработали инстинкты перелетной птицы, а может еще что-то не ведомое нам – людям. Но в один прекрасный день я поняла, что гусак улетел.
Его не было весь день, вечер, он не появлялся ни в одно кормление. Я не подрезала ему крылья, была уверена, что свою подругу он никогда не оставит. И ошиблась.
Стала наблюдать за гусыней. Её поведение становилось очень беспокойным. Наверное, она и рада была бы улететь вместе с гусаком, но не могла – вывернутое крыло не позволяло ей.
Я видела, как гусыня неоднократно взлетала, совсем ненадолго, но была вынуждена каждый раз возвращаться. Когда она поняла, что все попытки тщетны, перестала радостно встречать меня по утрам, подходить к собаке и плескаться в тазике, в глазах её появилась тоска. Не смотря на мои уговоры, она начала отказываться от еды.
Покинутая птица стала увядать. Однажды утром я подошла к ней, она никак не отреагировала на мое присутствие. Тогда я протянула к ней свои руки:
– Ну что, оставил он тебя совсем одну? – сочувствующе спросила её.
Какого было мое изумление, когда диковатая птица сама пришла в мои объятия. Она нежно положила свою шею мне на плечо. Мы помолчали…
Пусть говорить с нами на одном языке им не дано, но своими поступками они могут сказать намного больше, чем мы ожидаем от них услышать.