Маленькие коготки заскребли по паркету. Рыжая молния пронеслась мимо кухни к входной двери.
– Папа пришел, – как-то невзначай произнесла Настя.
– Наверное, мне уже пора, – заспешила я, но подруга меня остановила.
– Не волнуйся, – сказала она. – Мы просто пьем чай, папа все равно сначала пойдет в душ, а потом уже только ужинать.
– Я не хочу, чтобы у тебя из-за меня были неприятности.
– Настя, почему так поздно у нас гости? – послышалось из коридора и через секунду в дверном проеме в кухню стоял Валерий, у него под ногами крутилась рыжая кошка, поднимая голову и смотря на него, затем тут же прищуривая глаза и ударяясь головой о его ногу. Его взгляд был спокоен, но мне хватило и доли секунды, чтобы заметить его реакцию, тут же проконтролированную разумом. Сердце стучало как бешеное. Я не хотела думать о том, что было две недели назад. Позволив всему остаться там, в аквапарке, когда я до потери сознания каталась с горок, я почти смогла поверить в то, что это был лишь сон, подаренный мне Луной. Но сейчас Валерий стоял в дверном проеме, в том же костюме, что был в тот вечер, только уже не в белой рубашке, а в фиолетовой. Настоящий, живой.
– Добрый вечер, – улыбнулась я. – Простите, это я виновата, заболтала Настю. Мне уже давно пора.
– Я усталый прихожу с работы и хотел бы побыть в тишине, это так трудно, Настя? – Он даже не смотрит на меня. По спине проходит холодок. Мы будто маленькие, и снова нашкодившие.
Настя молчит, я сползаю со стула и чуть не наступаю на пушистый хвост Анфисы. Она тут же устремляется за хозяином, но дверь в ванную закрывается точно перед ее носом. Кошка недовольно мявкает и садится под дверью. Я смеюсь.
– Я ее беру с собой в ванну, – говорит Настя, спускаясь со стула и на ходу допивая американо. – Сидит обычно в раковине и наблюдает за пеной. Особенно, если ее раздувать.
– Верю, – улыбаюсь я, спеша обуться, накинуть куртку и выскочить из квартиры. В голове пусто. Я на автоматизме прощаюсь.
Морозный воздух выводит из оцепенения и я начинаю дико смеяться, падаю на снег и делаю снежного ангела. Валяюсь в желтом свете фонаря в расстегнутой куртке и смотрю на небо. Луны нет, вообще ничего не видно, только какое-то темно-серое размытое небо.
