Lucette перестраивает обреченные отношения в 'Deluxe Hotel Room'

Люсетт - американская певица. Она обладает потрясным голосом, необычной подачей и огромной глубиной своих текстов, исключительно по моему дилетантскому мнению. Ну и конечно, плюсом к этому можно добавить безумно завораживающий и проникновеннейший тембр и чувство тона, чувство согласия с каждой нотой, с каждым тактом.

Полдекады назад Люсетт представилась певицей и автором песен, стоявших за "Бобби Ридом", жутко убаюкивающей мольбой к любовнику, который превратился в убийцу с сопутствующим клипом, в который вошли каменистый взгляд и кровавые руки Стёргилла Симпсона. Песня поделилась своей воздушно преследуемой, минорной мелодичностью и бесстыдным фолк-роковым ощущением со многими другими треками дебютного альбома Lucette Black is the Color, который канадский пианист, урожденный Лорен Гиллис, записал в нежном возрасте 19 лет с тогдашним нашвильским продюсером Дэйвом Коббом (Dave Cobb). Когда блогеры и интервьюеры сравнили его звучание и дух с "Одой Билли Джо" Бобби Джентри - архетипом южного готик-попа - Люсетт тепло приняла это сравнение.

В своем кратком, но важном исследовании "Оды Билли Джо" для серии книг 33 1/3 Тара Мерта запечатлела парадокс: с одной стороны, "Ода Билли Джо" была настолько внезапной катастрофой, что навсегда заклеймила Джентри как родного авторитета в сельской трагедии и южной загадочности. С другой стороны, Джентри доставила песню из задумчивого отрывка (и сделала бы то же самое со многими другими записями в своем каталоге), позволив себе творческую свободу в качестве рассказчика, и настаивая на сознательном перекалибровке своего художественного подхода на протяжении всего времени в центре внимания.

В ранних интервью Люсетт, казалось, перекликалась с этими наклонностями, объясняя, что она предпочитает работы авторов песен. Она говорила об использовании обреченных отношений в качестве исходного материала для своего второго альбома, Deluxe Hotel Room, но ее девять треков не регистрируются как что-то вроде тупая, личная чистка. Она нашла пространство между присутствием и оторванностью в своих выступлениях, на этот раз с продюсированием, которым занимался Симпсон, сам фанат довольно свободолюбивых и неожиданных сдвигов в стиле. Вместе они избегали струнных гитар в пользу спартанских цифровых звуков.

Со своей затягивающей мелодией и сентиментальным языком, "Crazy Bird", может быть, и сорвалась как горная мелодия придворной, безоговорочной тоски, но Lucette передает песню как мечтательно далекое воспоминание о желании над медленными волнистостями фазового синтезатора и жестким, похожим на барабанную установку битом. В песне "Fly to Heaven" есть следы евангельского желания сбежать в потусторонний покой, за исключением того, что вихревая скорость стерильной канавки и звонок-ответ между знойными, затуманенными фразами Люсетты и саксофоном Брэда Уолкера придают песне страшно стопроцентное звучание. Ее исполнение "Out of the Rain", медленно сжигающей R&B баллады с саксофоническим соло, одновременно чувственно и искусно охраняется. "Когда тебе одиноко, как и мне, ты придумываешь отговорки, чтобы страдать", - вздыхает она, с мягким, точным вибрато и меланхоличной ясностью. Это вопрос, который не нуждается в ответе.

Часто Люсетт занимает позицию бдительного наблюдателя. Во время бодрого, девичьего группового поп-номера "Angel", она - настенный цветок, питающий романтическую фантазию, а во время "Города Полнолуния", движимого бурлящим танцевальным пульсом, она - близкий, но отстраненный наблюдатель невысказанных кодов маленьких городов и терпимого озорства. В другом месте альбома, она катается между мольбой и рэпом, размышляя ("Lover Don't Give Up On Me") и между губительностью и настороженной отставкой ("Deluxe Hotel Room").

Но нет ничего более показательного, чем движения, которые она выполняет во время "Talk To Myself". Люсетт шумит насчет своего хаотичного душевного состояния, хотя ее фразы элегантно бесстрастны по отношению к ледниковым синтезаторам и минималистичны по отношению к 3/4 временному груву. Когда она достигает припева, ее голос переходит в светлую, многочастную гармонию, и все это поется ею, как она настаивает: "Но вы никогда не услышите, как я говорю сам с собой". Она никогда не дает нам знать наверняка, есть ли у нас уже, что делает ее скользкую интроспекцию такой увлекательной на этом альбоме.

В целом, альбом заслуживает внимания, он также (не знаю как сейчас) был выложен в свободном доступе на Ютубе, поэтому заинтересовавшихся милости прошу, покупка (на Айтюнс или еще где-то) наверное своего не стоит. Благодарю за прочтение.