Что привело меня сюда. Пролог.
Иногда я бываю фантастически богат, Люба. Жаль, что ты мне не в эту пору встретилась...
Я приехал с золотых приисков, и хотел вас спросить: не могли бы мы здесь где-нибудь организовать маленький бардак?..
Ну, я грубо выразился... Я волнуюсь, потому что мне деньги жгут ляжку.
Василий Шукшин. Калина Красная.
С каждым выдохом рейс Стамбул-Лука приближался, алкоголь стремительно покидал организм, а страх все больше сковывал разум.
Предстоит еще две недели провести на Мальте, в английской школе, в настоящем тусовочном центре Европы, переполненном визитерами со всей планеты. Только вот после нескольких часов в турецком клубе осталось меньше тысячи евро на двух кредитках. Как вообще протянуть на эти деньги в чужой стране? Сколько там я могу тратить в день? Двадцать, тридцать евро? По опыту недавних трат в Париже по двести евро в день на двоих, протяну я дней десять, не больше. Спокойно, спокойно. Будем рассчитывать на завтрак и ужин в принимающей семье.
Ну я конченный, конечно. Где и на что жить по возвращению? Съемную квартиру я сдал накануне отлёта, новой не снял. Ладно, офис работает из дома, в худшем случае поеду к родителям. Блин, с меня же еще налог в апреле, это еще тысяча. Финансовых обязательств кажется, уже перевалило за три миллиона. В такой яме я еще не был. Или был? Да конечно, регулярно. Последние 10 лет. Это мой образ жизни, следствие убеждения, что надо не тратить меньше, а зарабатывать больше. Зарабатывать. Зарабатывать. Зарабатывать. Я ведь за этим и полетел на Мальту, вспомнить английский и умотать зарабатывать из России. Софт-скиллы, репутация и звон, а вернее, глухой стук бубенцов не позволяют здесь увеличить доход. Кого я опять обманываю? Просто страх не позволяет. Тот же самый страх, что сейчас опят начинает меня переполнять, и пригнал меня сюда, чтобы здесь добить.
Стамбульский клуб, это конечно, нечто. Русские девочки, пришедшие бухнуть на халяву. Турецкие мужчины. Администрация подсаживает одних к другим. Девочки не платят. Мужчины могут попросить посадить другую, если эта не очень. А цены! Бокал мартини - 2200 лир, бутылка игристого - 3000. На двоих с по пути встреченным турком-киприотом, строителем из Саудовской Аравии, вышло 18 тысяч лир часа за четыре. Мой личный рекорд скоростного спуска денег. Нет, я видел цены, подытоживал в уме счет. Не хотел произвести впечатление на подсадных леди и отдавал себе отчет зачем они здесь. Просто кутил, осознавая все последствия которые будет и даже те, которых не будет. Счет вроде как еще можно закрыть, воспользовавшись кредиткой.
До сих пор не понимаю, как я это делаю. Разум вроде работает, но есть что-то сильнее его. Это острая необходимость как можно быстрее потратить все доступные деньги. Не важно, свои они, кредитные, отложенные на что-то или только что заработанные.
Что это за дерьмо в моей голове? Почему мне деньги жгут ляжку? Неужели я так их боюсь, что так стремлюсь от них избавиться? Не жили хорошо, нечего и начинать? Не в деньгах счастье? Нет, конечно же не в них. У меня двое лучших на свете детей, делающих меня полностью счастливым. Но я точно знаю: когда я вернусь в Россию и их увижу, буду ронять слезы от боли, только из-за этого отношения к деньгам. Все обещанное детям теперь откладывается на годы.
Среди моих знакомых, нет никого, кто считает, что деньги способны сделать его счастливым. Есть женщины, совершенно убежденные, что деньги мужчины для них ничего не значат. Правда, не удосуживающиеся при этом посчитать, сколько их зарплат потрачено за пару дней только для того, чтобы они все эти часы были счастливы. Она смотрит на источник этого счастья взглядом, полным искренней любви. Занимаюсь венчурными инвестициями в любовь. Использую кредитное плечо.
И возможно впервые, оказавшись утром Восьмого марта на самом финансовом дне в шлюзе F8 Нового аэропорта Стамбул, я осознал. Нет, эта мысль уже мелькала в голове в последние несколько месяцев. Но теперь она звучит как призыв муэдзина с минарета на площади Султанахмет.
Для обретения счастья мне необходимо иметь собственные, не банковские деньги, которые я могу потратить, но при этом не трачу.
Вместо всех этих кредиток, имеющих склонность опустошаться и лишь подогревающих чувство страха от осознания их пустоты. Осталось пережить две недели на Мальте и довезти эту мысль на домой... черт... я же бездомный...
Очередь уже рассасывается. Продолжу трезветь в самолете. Вынимаю ручку чемодана со всем, что у меня есть на текущий момент — комплектом одежды на год вперед. Покатили на посадку. Мальта сама в себя не полетит.