Семья Екатерины Ивановны Николаевой – коренная калитинская. Все ее предки жили в деревне Калитино еще с дореволюционных времен, как минимум с 19 века. Простые труженики, их в селе называли «Ефимкиными», по имени дедушки Ефима Петрова. Мама – Мария Ефимовна Петрова, папа – Иван Александрович Фокин, поженились в 1918 году. Семья стала быстро расти: в 1919 году появилась на свет старшая дочь Александра, в 1920 –Полина, потом Федор, Петр…Екатерина - самая младшая из детей, родилась в 1932 году.
Когда года началась Великая Отечественная война, старшие сестры и любимый брат Федор уже жили своими семьями в Ленинграде, а Кате было 8 лет. Дети и не понимали, что случилось, что такое война, но уже в августе 1941 года почувствовали ее страшное дыхание, когда домой прибежала мама и рассказала, что внезапно налетевшие фашистские самолеты разбомбили Лисинский аэродром… Люди видели это, потому что жали в поле рожь, испугались, все побросали и побежали и домой, в Калитино.
Екатерина Ивановна вспоминает еще такой эпизод: «Сижу дома, и вижу, как мимо окна проплывают два немецких танка в сторону деревни Черное. Через некоторое время раздался жуткий грохот со стороны леса. Выходить из дома было страшно. Утром брат Петр стал собираться, а я увязалась за ним. На лесной дороге увидели три искореженные сгоревшие советские машины, которые ехали из д.Черное, а немецкие танки их встретили у Калитино…».
Вскоре в Калитино появились оккупанты:приехали на машинах, мотоциклах и сразу стали грабить население. У семьи Фокиных украли поросенка, кур, на огороде вырвали лук и морковку. За домом отец на всякий случай вырыл окоп, и Екатерина спряталась там. Поднимает глаза, а над ней стоит немец. Ноги расставлены, рукава закатаны, а автомат на нее наставлен… «Вег, вег!», то есть прочь отсюда, сказал. Катя потеряла сознание и не помнила, как оказалась дома.
Фашисты ходили по домам, присматривая себе чистое жилье без клопов. У Фокиных был новый пятистенок, выстроенный незадолго до войны, и клопов, конечно, не было. Мама принесла от соседей «новых жильцов», но немцев не удалось провести: стены-то чистые были. Так то один, то два офицера стали жить в их доме. Но чаще только ночевали.
В Калитино был установлен комендантский час с шести вечера до шести утра. Зимой посылали молодежь чистить дороги. Работы не было, запасы еды кончались очень быстро, ведь семья помогала еще и беженцам, которые периодически приходили в деревню. Весной 1942 года стали сажать картошку, правда, не сами клубни, а глазки от них… Питались тем, что буквально растет под ногами. Рядом лес, но взрослых туда оккупанты не пускали: боялись возможной связи с партизанами.Детям же удавалосьсобирать ягоды и грибы. Иногда немцы обменивали на землянику хлеб.
Так и жили. Боев в районе Калитино не было, взрослого мужского населения тоже: почти все были на фронте. Отца Екатерины призван не был по возрасту и хронической болезни желудка.
Летом 1943 года молодых парней 15-16 лет немцы забрали из дома, чтобы отправить в Германию. Но уже на территории Латвии, во время одной из остановок, нескольким парням удалось выбраться из поезда и сбежать. В их числе был и старший брат Петр. Они добрались до советских войск и остались служить в армии. Петр служил в Гродно, и демобилизовался только в 1947 году.
В октябре 1943 года эсэсовцы приказали собираться всей семье. Отец ехать не хотел, куда-то скрылся. Немцы посадили на машину мать, старшую сестру Александру (она еще в начале июня 1941 года приехала домой в отпуск из Ленинграда и обратно уехать уже не смогла) и Катю и отвезли на железнодорожную станцию в Кикерино. Через день туда же немцы привели отца. Все ночевали несколько дней на улице под открытым небом, сидели на своих тюках.
В товарных вагонах повезли калитинцев до города Сигулда в центральной части Латвии. Людей немцы «отдавали в батраки» латышам. Семью Фокиных забрала молодая женщина по имени Марта. И поехали они в Скулте, в 60 км от Сигулды. Хутор был еще дальше, в стороне от железной дороги. У хозяйки муж к тому времени уже умер, было своих 8 детей, старшие ее сыновья служили у немцев в отряде СС. Отец Екатерины работал на этом хуторе по хозяйству, мама доила коров, прибиралась, а дети пасли свиней. Хозяйка относилась к новым работникам хорошо, даже сажала за общий стол. Маленькую Катю вообще предлагала оставить у себя, ведь девочка была блондинкой с голубыми глазами, быстро выучила латышский язык. Но через 9 месяцев, в августе 1944 года, семью снова увезли в Сигулду, чтобы переправить дальше, в Германию. Много калитинцев было неподалеку на латышских хуторах, их тоже отправляли в трудовой лагерь в Германию.
И снова в дорогу… Прибыли в Германию, три недели просидели в поле на мешках за колючей проволокой, а потом пешком шли до лагеря Мальсдорфв пригороде Берлина. Поселили их в бараке с двухъярусными нарами и столом в две доски. Готовить можно было только на улице. Можно сказать, что Фокиным повезло: в бараке оказалось много земляков Калитино и Реполки. Сестра Александра и мама Мария Ефимовна стали работать в Берлине там, куда посылали немцы. Катя и отец не работали в городе, оставались в лагере, но заснуть не удалось ни разу от тревог, голода, антисанитарии, страха. Постоянные бомбежки, «воздушная тревога», обстрелы союзных войск, Красной Армии…
Апрель 1945 года. Советские войска уже совсем рядом. Идет битва за Берлин. Мимо лагеря проносятся советские «катюши», свистят снаряды, разлетаются осколки, попадая в невинных людей. Катя и сама раз была на волосок от смерти – в сантиметре от головы пролетел осколок от разорвавшейся гранаты.Отступая, охрана лагеря хотела уничтожить всех, забросав гранатами, но, к счастью, не успела. Красная Армия освободила всех, но растерянные, больные люди не сразу покинули «свою тюрьму». Сестра и отец где-то потерялись, мама в панике, а Катю в это время советские военные посадили на машину вместе с чужой бабушкой и куда-то повезли. В проезжавшей мимо машине девочка увидела свою маму! Настоящее чудо! Конечно, когда мама увидела дочку, уговорила водителя остановить машину и вышла к ней. Ведь тысячи людей, освобожденных из плена, из разных лагерей уже двигались в сторону дома, в СССР. Станции переполнены, кругом полная неразбериха. Еще на территории Германии, на какой-то станции, наконец-то все услышали долгожданное: «Конец войне! Победа!»Радости не было предела!
Только в июне 1945 года мама и дочка добрались до Гатчины. Оттуда -пешком через Эдази домой, в Калитино. Но родная деревня не была пустой. Все дома были заселены переселенцами из сожженной деревни Вересть. Вернувшимся Фокиным пришлось делить родной дом с погорельцами. На первых порах было трудно. Дров не было, мебели в доме - тоже, когда-то, еще до отправки в Германию, зарытое в землю зерно тоже пропало. К счастью, вскоре из Германии вернулись отец и сестра Александра.
Постепенно жизнь налаживалась. Переселенцы из Верести перебрались в дер. Старые Раглицы, стали обживаться там. А Фокины посадили огород, принялись приводить в порядок свое разоренное войной хозяйство. Сестра Полина, пережившая блокаду Ленинграда, забрала Катю к в город, но через год умер от продолжительной болезни отец, и она вернулась в Калитино, училась в школе до 5 класса. А потом вновь поехала к сестре помогать с новорожденной племянницей. Работала ученицей в ОТК на заводе «Молотова», училась в вечерней школе, потом в училище. Работала, вышла замуж, родила дочку. А потом, в 1958 году, когда заболела мама, вернулась с дочерью в Калитино и начала новую жизнь. Работала в МИСе, потом на строительстве домов в Волосовском районе. Новые профессии маляра и каменщика осваивала в процессе работы. Всегда была на хорошем счету, состояла в рабочем комитете. Очень радовалась квартире в новом доме в Калитино. Со вторым мужем, Владимиром Ильичом Николаевым, судьба соединила Екатерину Николаевну на 44 года.
Ей ни за что не дать ее 87 лет. Подтянутая, с красивым голосом и крепкой памятью, Екатерина Ивановна не только живо интересуется всем, что происходит в мире и вокруг, но и прекрасная собеседница. Она до сих пор помнит латышский и немецкий языки, помнит всех довоенных соседей и односельчан. Мы вернемся в ее гостеприимный дом еще не раз, чтобы заполнить «белые пятна» в истории нашего родного Калитино.
Е. Дегтярева, Фото из личного архива Е. Николаевой