Все кончится, могло иначе, победой тех, кто был клеймен. Хотя о чем я… быть не может, что те, кто падал, вновь вставал,
Кто защищал родную землю, родных людей – вдруг проиграл!
Ведь обращенный, меч позорный, пылающий, лютой бедой,
Подпитываемый, темной злобой, предательством, жуткой средой,
Был сокрушен, не меньшей силой, а большей – силой всех времен!
Тех, кто к земле родной, любовью, свободной мыслью был пленен.
Стояли тесно для сражения ребенок, женщина, старик,
Мужик обычный, деревенский сменивший плуг на бравый штык. Да, я не видел тех сражений, подбитых самолетов след,
Не слышал, как свистели пули, рвались снаряды, прочих бед.
Не слышал плача от утраты, и стоны раненых людей,
Не видел подвигов отважных и как, с надеждой, ждут вестей.
Национальность, Вера, взгляды – какая разница скажи?
Коль все равны и отблеск славы, коснется каждого из них!
Кто был готов пасть смертью храбрых, неважно, в первый, в сотый день.
Кто, в плен попав, не убоялся, не выдал