Когда поёт душа(часть III)

Искусство вообще и песенное в частности, по моему убеждению, следует за историческим процессом жизни, через социально-экономическое, психологическое состояние общества и особенности национального мелоса, отражая драматические нюансы его социокультурного содержания. Когда эта традиция игнорируется разными национальными вокальными школами, происходит слепое копирование или даже калькирование чужеродных образцов, вследствие чего из песни уходит душа, остаётся карикатура. Это всегда сопровождается протестом слушающей публики соответственно её темпераменту и менталитету.

С другой стороны, опасна тенденция абсолютизации этнонациональных корней в музыкальной культуре. В этом случае неизбежен провинциализм и этническая заскорузлость музыкального самовыражения.

В этом плане можно сказать, что искусство Янниса Париоса находится на передовых рубежах духовной борьбы греческого национального вокала за человека в искусстве. Одновременно происходит благотворное заимствование из арсенала европейского, главным образом, из итальянского, французского, испанского, англо-саксонского, скандинавского музыкального искусства. Это имеет огромное значение для музыкальной культуры понтийских греков, застрявшей, на мой дилетантский взгляд, где-то в 18-м веке.

Таким образом, постепенно преодолевается национальное самолюбование и особенно устойчивые в музыке и в культуре вообще этнические интонации. Примером этого выступает жанр «лаика» и исполнительское искусство Я. Париоса в русле этого жанра. Певец умело находит самую проникновенную интонационную линию в исполняемой песне. После него другие исполнители уже не в состоянии игнорировать эту интонацию – их не поймут и не примут, хотя и дерзают творческой конкуренцией.

Эти мои рассуждения об особенностях вокального искусства Париоса меньше всего претендуют на анализ творчества уважаемого маэстро. Тут, скорее, приглашение греко-понтийских специалистов художественной культуры к разговору ради нашего просвещения, в силу скудости соответствующей информации, поступающей к нам из нашей исторической родины. Это объясняется, как я думаю, ещё и тем, что мы, понтийские греки России, находимся в лоне более мощной по своей развитости и многоплановости русской вокально-музыкальной культуры, которая свой неисчерпаемый потенциал формировала в процессе постоянного самообогащения культурным достоянием народов Западной Европы и СССР, а сегодня и Российской Федерации.