Время шло неумолимо, а великий Гай Юлий Цезарь так и не имел прямого наследника, из-за чего очень сильно переживал и метал, по его мнению, никто из Юлиев более не выжил, но всё в его жизни изменит один необыкновенный мальчик, пришедший к нему из небытия этого мира - Октавиан.
В лохмотьях, грязного и хромого - его даже не хотели подпускать ближе к Цезарю, но используя свою природную хитрость, он умудряется не просто увидеть Диктатора Рима, но и лично поговорить с ним. ,,Великий Цезарь, - говорил он, - я сын Атии, помните меня? Моя семья умерла слишком давно, а прийти мне больше не к кому, помогите, чем сможете,, Эта встреча заставила Гая Юлия просто ошалеть на месте, еще один Юлий? У моего рода есть еще один муж?! Рассматривая мальчика минут 30, он пришел в себя и моментально его усыновил, с этого началась медленная, но бесконечно амбициозная жизнь парня, который годы жил сам по себе, питаясь отходами, засыпая в самых грязных каналах - теперь он наследник. Здесь Октавиан, у ног которого лежал весь мир, выглядит иначе, чем многие его современники. Он, как был, так и остался уроженцем маленького италийского городка — экономным, воздержанным в еде, безупречным отцом семейства, в домашней обстановке он освобождался от пафоса торжественных заседаний, любил непринужденное общение, всякого рода игры и представления, мог часами играть в кости, любил и крепкую шутку. Во фрагментах многих его писем к близким улавливаются ласковые интонации. В них он обсуждает общие заботы и повседневные нужды, хвалит, советует, дает указания. Этот физически слабый человек с юных лет настолько владел собой, что нам почти ничего неизвестно о его импульсивных поступках. «Поспешай медленно» — его любимая поговорка. У него никогда не было сокровенной мечты, к осуществлению которой стоило стремиться. Август обладал пониманием закономерностей власти, а также интуицией, инстинктом возможного в политике. Вызывает восхищение, как сознательно и упорно он годами шел к намеченной цели, с какой продуманностью и осторожностью, с какой взвешенностью он проводил в жизнь свою политику. Для него был характерен также холодный реализм и безудержное стремление к власти. Уже в 19 лет он думал о своем предназначении, и если это было возможно и целесообразно, он уничтожал каждого, кто стоял у него на пути. Но пока он юноша, который работает, по сути, у Цезаря на побегушках, кое-где рассчитывает доходы и расходы, где-то помогает распланировать обустройство нового храма, так и жил он в тени своего приемного отца, до одного безумно важного дня - заговорщики убивают Гая Юлия. Он не мог ничем похвастаться, кроме родственных связей с бездетным диктатором, внучатым племянником которого он был. Когда произошло покушение, Октавиан жил в Аполлонии на побережье Адриатического моря, где обучался риторике и философии, а также военному искусству. Там он поддерживал контакты с местными войсками, подготовленными для запланированной Цезарем Парфянской войны, в которой он должен был участвовать, находясь в штабе диктатора. Получив страшное известие об убийстве, он немедленно перебрался в Италию, недалеко от Брундизия (Брундизи), но без военных начальников, хотя мог бы их собрать. Там он услышал о завещании Цезаря, о своем назначении главным наследником. Октавиана поддержали многие преданные Цезарю ветераны. В его распоряжении оказались и немалые богатства умершего Диктатора, что помогло ему сформировать войско. Однако большую часть имущества Цезаря присвоили Марк Антоний и полководец Эмилий Лепид, именно на почве раздела имущества у них возник конфликт. Тем временем убийцы Цезаря из-за народного возмущения вынуждены были бежать на Балканы, где рассчитывали сформировать армию возрождения республики. Хотя Октавиан и был популярен среди городского плебса, действующая молодая армия Цезаря в основном поддерживала Антония — опытного полководца и соратника диктатора. Для отстаивания своих интересов Октавиан отбыл в южную Италию и начал собирать армию, привлекая на свою сторону получивших там землю ветеранов и расквартированных легионеров деньгами и обещаниями скорейшей расправы с убийцами Цезаря. Вскоре на его сторону перешли два легиона, ранее признававшие власть Антония. Марк предложил колебавшимся солдатам 100 динариев, однако легионеры высмеяли его: Октавиан предлагал им в пять раз больше. Только устроив децимацию, в ходе которой было казнено 300 зачинщиков беспорядков, и повысив обещанную плату, Антоний удержал оставшихся солдат. Собрав 10-тысячную личную армию, Октавиан двинулся на Рим и 10 ноября занял Форум. Там он произнёс свою пламенную речь, в которой призвал начать войну с Антонием — нарушителем законов и обидчиком законного наследника Цезаря. Однако его выступление закончилось неожиданным образом: многие солдаты, которые были готовы защищать Октавиана от возможных покушений и воевать с Брутом и Кассием под его властью, не захотели воевать с верным цезарианцем Антонием. Вспомнили и об отсутствии законных полномочий у юного Октавиана. Сенат остался равнодушным к его предложению. Хотя немало солдат осталось с будущим правителем всего Рима. Невероятный политический взлет нового Цезаря (всего за несколько месяцев!) объясняется не только тем, что он с удивительной ловкостью использовал напряженные отношения между Антонием и сенатом. Речь шла о наместничестве в провинции Цизальпинская Галлия, которой управлял республиканец Децим Брут. По решению народного собрания провинция была отдана Антонию. «Мальчишка» в эти тревожные месяцы по собственному почину с помощью огромных денежных сумм и обещаний набрал незаконную армию, состоявшую главным образом из ветеранов диктатора, и без зазрения совести при посредничестве Цицерона предоставил ее в распоряжение сената для поддержки Брута против старого соратника Цезаря, консула Антония. Для реализации своих дальнейших планов он нуждался в законности присвоенного себе главнокомандования: смелый авантюрист еще в начале января 43 г. до н. э. был принят в ряды сенаторов с привилегией голосовать в первом списке, как будто он уже был консулом. Он получил пропреторскую власть и вместе с двумя консулами в 43 г. до н. э. возглавил командование войсками против цезарианца Антония. Мутинская война (Модена) закончилась победой этого союза, и юный Цезарь после смерти обоих консулов унаследовал их войска и с сильными козырями начал большую игру, ставкой которой была власть. Так началась и продолжилась великая история человека, который полностью и бесповоротно закрепил установление Империи и забил несколько дополнительных гвоздей в гроб Республики.
Вернувшийся в 29 году до н. э. в Рим, Октавиан провозгласил восстановление Римской республики. В 27 году до н. э. он заявил, что «отдает республику на волю сената и римского народа». Сенат, разумеется, попросил Октавиана не отказываться от власти, и тот милостиво принял титулы «Августа» (Возвеличенного богами) и императора. В 23 году до н. э. Октавиан сделался пожизненным трибуном, в 12 году до н. э. – верховным жрецом, а во 2 году до н. э. он получил почетный титул «Отца отечества». Как опытный и мудрый политик, Август не стал раздражать римских сторонников республики своей фактически неограниченной властью и всячески демонстрировал почтение республиканским институтам, говоря, что никогда не возлагал на себя никаких обязанностей, противоречащих обычаям предков. Он объявил себя принцепсом, «первым среди равных» сенатором Республики, которому по традиции первым предоставлялось слово на заседаниях. Но это была всё видимость, Август умело манипулировал всеми и вся, хотя ораторскими способностями он не блистал - уму и рассудительности его можно только поразиться. Он полностью продолжил дело Гая Юлия, начал ставить своего приемному отцу памятники и именные храмы, а его цитаты висели в Сенате. Последние годы правления Августа ознаменовались войнами в Германии, шедшими с переменным успехом. В 9 году н. э. вождь племен хеврусков, Арминий вместе с другими германскими племенами уничтожил три римских легиона в Тевтобургском лесу, но несколько лет спустя был разбит римскими войсками. Кроме того, римлянам удалось завоевать придунайские земли, где были созданы провинции Паннония и Мёзия. Была также покорена ранее независимая северо-западная часть Испании. Октавиан принес мир внутри империи. При нем больше не было гражданских войн или восстаний рабов. Император поощрял науки и искусства. По его распоряжению Рим украсился многими знаменитыми архитектурными памятниками, в том числе императорским дворцом и Форумом, солнечными часами, алтарем Мира Августа, мавзолеем на Марсовом поле. Главным наследием Августа стал принципат, просуществовавший почти два века. Август умер в 14 году н. э. в Ноле. Месяц его смерти был назван «августом».