В СССР развитию национального кинематографа уделялось повышенное внимание, особенно тем республикам, у которых не было сильных традиций в этой области. Даже в Таджикистане был собственный "Таджикфильм", снимавший в 1960-е в среднем по 4-5 художественных картин в год. Как и у большинства союзных киностудий, известны они были в основном только местным зрителям, хотя киноленты часто дублировались на русский язык и централизовано распространялось по всей стране. Но пробиться к сердцам массового зрителя историями из жизни кишлаков либо основанных на национальном фольклоре было сложновато. А прибыль интересовала киношников уже и тогда.
При малых тратах лишние деньги у таких студий водились, поэтому иногда складывались взаимовыгодные и при том вполне законные схемы с заезжими гастролёрами.
Самым хрестоматийным оказалось плодотворное сотрудничество с кинематографистами среднеазиатских республик Александра Зацепина, дебютом которого в кино стала музыкальная кинокомедия "Наш милый доктор" (1957), снятая в Казахстане. К середине 1960-х композитор стал известен и востребован благодаря музыке к "Операции Ы" и "Кавказской пленнице", но при этом он успел написать еще множество мелодий для десятка с лишним киргизских, туркменских, но чаще всего казахских кинокартин (как никак консерваторию он закончил в Алма-Ате). А первой таджикской лентой (совместной с Евгением Крылатовым!!) в его послужном списке стала сатирическая комедия Бориса Долинова "Нужный человек", не получившая ровным счетом никакого отклика. Даже найти её не представилось возможным.
Закончивший ВГИК другой таджикский режиссёр Мукадас Махмудов вероятно был человеком иного склада и к созданию кинокомедии "Белый рояль" подошёл с размахом, пригласив смешить зрителей сразу двух звёзд - Алексея Смирнова и Фрунзика Мкртчяна. На главную роль столичного искусствоведа он позвал московскую актрису Нину Шацкую, ранее сыгравшую пионервожатую в любимом мной к/ф "Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён". Впрочем, в новой работе у неё было настолько придурковатое амплуа, в котором её не узнать.
Ну и в качестве оружия массового поражения задействовали Александра Зацепина, которому было поручено не сдерживать себя и сполна оторваться в актуальных на тот момент поп-ритмах. Благо, настроение у фильма незатейливо-танцевальное. А ставшие вскоре шлягерами песни на стихи Онегина Гаджикасимова, за кадром спели настоящие суперзвезды советской поп-эстрады 1960-х Аида Ведищева, Муслим Магомаев и квартет "Аккорд". Самая известная ("Дорожная") на протяжении фильма звучит аж три раза!
Заручившись поддержкой такой "тяжёлой артиллерии" остальным авторы видимо решили себя не затруднять: ни толковым сценарием, ни вразумительной режиссурой. А зря. Пусть это и эксцентричная комедия в стиле Леонида Гайдая (подражание которому ощущается во всём). Тот как раз в том же 1968 году снимал "Бриллиантовую руку" (и тоже с восточным колоритом), но это две большие разницы.
Перед таджикскими кинематографистами наверняка стояла другая цель и известность, пусть недолгую, за пределами своей маленькой республики фильм получил. Любимый Душанбе во всей красе тоже показали. Александра Зацепина тем более такое сотрудничество устраивало, иначе в 1970-е годы его ставшие хитами песни впервые не прозвучали бы в двух других кинолентах того же режиссёра ("Отважный Ширак" и "Повар и певица"), где за кадром пела в том числе стремительно набиравшая популярность Алла Пугачева.
С другой стороны, не стоит судить "Белый рояль" слишком строго. Несколько смешных шуток и гэгов в нём всё-таки было. Атмосфера у него лёгкая, рок-н-рольная, в духе 60-х. Элементы комедии абсурда тоже присутствуют, в частности в эпизоде сна Аллы - это плюс, хотя и на грани дурдома. Смелые танцы в бикини для строгих среднеазиатских нравов и вовсе прорыв, почти сексуальная революция. И аморальное поведение героя Фрунзика Мкртчана напрямую никак не осудили. Может быть на родине фильм уже и запрещён, кто знает.
(3/5)
(c) Albert Magnus для kin0guru
