В 2018 в моей практике случилась необычная сделка. В районе Новокосино необходимо было разменять хорошую трехкомнатную на две однокомнатные квартиры – взрослой дочке хотелось поскорее начать жить самостоятельно, отдельно от родителей. Мой коллега без труда нашёл одну из квартир в новостройке, а вот со второй квартирой пришлось повозиться. С мамой девушки мы тогда просмотрели с десяток вариантов, а идеальный, как нам казалось, был совсем близко – в соседнем доме.
Просторные и светлые квадратные метры с муниципальным ремонтом, мебелью и, что самое главное, юридически свободные – собственница – глубоко пожилая москвичка несколько месяцев назад переехала и прописалась в Тверской области. Нынешний собственник оказался родом из Чебоксар. Приятный молодой человек передал мне документы и, в тот же вечер, я села детально изучать историю этой квартиры.
Ничего, что называется, не предвещало беды, однако, с первых минут изучения документов, стали всплывать во мне нехорошие предчувствия. Судите сами: 70-летней коренной москвичкой квартира была получена от государства по ордеру. Единственный собственник, в далёком 98-ом, она приватизировала свою квартиру, а спустя 20 лет решила экстренно ее продать и тут же уехать в Тверскую область и прописаться, судя по адресу, не в квартиру, а в частный дом. Не прошло и двух месяцев, как новый собственник – уроженец Чебоксар – снова выставил на продажу жильё и, удивительным образом, смог предоставить ПОЛНЫЙ комплект документов для сделки.
В тот момент, я почувствовала себя главной героиней сериала «Каменская». Что-то, словно, «щёлкнуло» в моей голове – то ли профессиональная интуиция, то ли аналитический склад ума лихорадочно «забил в набат». Передо мной лежали 4 документа: договор передачи (приватизации 1998 год), договор купли-продажи, расписка и акт приёма-передачи квартиры. То, что цепляло мой глаз и не давало покоя – находилось в самом низу: подпись старушки на каждом документе была ОДИНАКОВАЯ! СОВЕРШЕННО! И я могла поклясться, что даже цвет шариковой ручки был идентичным.
То есть, рассудила я, тогда, в 1998-ом и спустя 20 лет, человек оставил одинаковый автограф, что совершенно невозможно. Ведь возраст женщины менялся, менялись и обстоятельства, при которых она ставила подпись на документах. Сделка, в конце концов, - это всегда стресс, который, ну просто не может, не отразиться на почерке. В тот же вечер я позвонила нынешнему собственнику квартиры и задала логичные вопросы: «как поживает пожилая дама и сама ли подписывала документы? Как он передавал ей деньги и можно ли увидеться с ней, чтобы пообщаться?» Мгновенно от его интеллигентности не осталось и следа…
- Что за глупые вопросы вы мне задаёте? Прежняя собственница уехала из Москвы и какое вам дело до всех этих тонкостей?! Не морочьте мне голову! С этой женщиной я больше не общаюсь!
Недолго думая, никого не предупредив о своем визите, со своим коллегой я отправилась в Тверскую область. Мне просто необходимо было найти старушку и убедиться, что все документы она подписывала в здравом уме и твердой памяти...
Мы нашли населенный пункт, нашли дом, нашли старушку… НО! Вот уже 7 месяцев пенсионерка лежала «овощем» после обширного инсульта. И всё, что держало ее на этом свете – здоровое сердце. Присматривал за женщиной её сын, для которого наше появление стало полной неожиданностью. Тут-то и открылась правда.
С чебоксарским юношей, появившимся некоторое время назад, он вступил в сговор. Хотел ещё при жизни матери продать её квартиру и получить деньги. Естественно, после сделки он бы поделился со своим подельником определенной суммой – ведь формально, парень выполнял роль, так называемого «фонаря» – то есть человека, на которого оформляются все документы на жильё.
Затем «фонарю» необходимо было раствориться на просторах большой и необъятной страны, а сын, тем временем, без особого труда, доказал бы в правоохранительных органах, что мать чисто физически не могла быть участником сделки. Суд, конечно же, признал бы её ничтожной. Мои покупатели лишились бы квартиры, а мужчина получил бы не только деньги, но и вернул себе обратно родительскую квартиру. Это была старая, как мир, мошенническая «схема» в чистом виде, а помогли ее раскрыть четыре идентичных подписи одного человека.
Вот так нам удалось обезопасить своих клиентов от заведомо проигрышного варианта. А я в очередной раз убедилась, насколько важна внимательность, ведь «дьявол кроется в деталях», а мелочей в работе риелтора не существует.
