А человек всё думает, где носит другого человека и кто его сегодня целует в губы.
Между их квартирами— целый Питер, штормовое предупреждение, водопроводные трубы и трупы.
В эту дождливую, всеми любимую осень,
человек разбирает старые письма и крышу его снова сносит\уносит.
Сигаретный дым, выхлопные газы — всё травит лёгкие,
глаза — не алмазы, глаза усталые, карие, и снова дома,
потом на работе, потом в переходах прячутся, снова.
И человек всё думает, где носит другого человека и кто его тащит за руки.
А человеку плевать, его не тащат, его берут на руки.
И любят.
но. уже. другой.человек.
— пустоту не обнять, даже если страстно хочется оказаться в безумцах. вся эта хрень все равно оставит тебя голодным. (ц)
А человек всё думает, где носит другого человека и кто его сегодня целует в губы.
Между их квартирами— целый Питер, штормовое предупреждение, водопроводные трубы и трупы.
В эту дождливую, всеми любимую осень,
человек разбирает старые письма и крышу его снова сносит\уносит.
Сигаретный дым, выхлопные газы — всё травит лёгкие,
глаза — не алмазы, глаза усталые, карие, и снова дома,
потом на работе, потом в переходах прячутся, снова.
И человек всё думает, где носит другого человека и кто его тащит за руки.
А человеку плевать, его не тащат, его берут на руки.
И любят.
но. уже. другой.человек.
— пустоту не обнять, даже если страстно хочется оказаться в безумцах. вся эта хрень все равно оставит тебя голодным. (ц)