У врачебных детей специфическая жизнь. Начнём с того, что они почти не бывают в поликлинике - мамы их лечат на дому. Все лекарства дома есть в изобилии, если надо сделать укол или ингаляцию, то всегда пожалуйста. Справки в школу, кстати, тоже выписывают мамы. В отличие от учителей, мамы-врачи считают, что больному ребёнку лучше подольше оставаться дома, чтобы не было осложнений. Если ребёнок жалуется на боль в животе, мама обязательно проверяет его на аппендицит, а если болит голова, то на менингит. Вообще, мамы-врачи очень тревожные.
Я ребёнок двух врачей. В те времена, когда я росла, мобильных телефонов ещё не было, и все звонки поступали на обычный городской телефон. Поднять трубку мог любой член семьи, а уж тот, кто звонил, должен был попросить к телефону нужного человека.
Телефонные звонки в семью врачей поступают особенные. Как правило, звонят люди больные, которым нужен совет врача. Была у нас одна родственница. Она могла исчезнуть года на три и вообще нас не вспоминать, а потом вдруг звонит: "Как у вас дела? Что нового? Как я по вам соскучилась! Слышите, как я хриплю? Уже неделю мне плохо, ничего не помогает! Посоветуйте, что делать?"
Так вели себя не только дальние родственники, но и многие знакомые. Люди вспоминали моих родителей, когда у них в организме вдруг что-то пошло не так. Мама была доброй, она со всеми подолгу разговаривала бесплатно. Несмотря на то, что она была педиатром, ей задавали вопросы и по поводу стоматологии, и по поводу предстоящей операции. Она же врач, она всё должна знать! Один раз позвонила женщина и сказала, что она прямо сейчас сидит на унитазе и у неё произошёл выкидыш (радио-телефоны тогда уже были). Что делать? Почему-то первое, что ей пришло в голову, это позвонить моей маме.
"Скорую вызывайте!" - воскликнула мама.
"Как?! Вы мне не поможете? - удивилась она. - Может, есть у вас какой-нибудь знакомый гинеколог? Я не хочу "скорую"!
И подобные звонки были достаточно часто.
Я становилась невольной слушательницей этих разговоров. И один раз я сама попала в историю.
Дело в том, что наши голоса с мамой были очень похожи. А мне на тот момент было двенадцать лет.
Итак, сижу я дома одна. Раздаётся звонок телефона. Я беру трубку и слышу испуганный мужской голос:
"Здравствуйте, Марина Васильевна! У меня уже четвёртый день расстройство желудка! Никакие лекарства не помогают!"
Марина Васильевна - это моя мама. Мужчина был уверен, что говорит именно с ней.
"Я сейчас расскажу, какой у меня был сегодня стул", - продолжает мужчина и начинает расписывать подробности.
Есть такие люди, которые любят произносить длинные монологи, не давая собеседнику вставить слово. Этот мужчина был именно таким. Любую попытку перебить его он пресекал: начинал говорить громче и быстрее, чтобы я (то есть, Марина Васильевна, как он предполагал) сначала дослушала его до конца. Таким образом, у меня не было ни единого шанса сообщить ему, что я не Марина Васильевна.
Чувствуя, что перебить его я не смогу, я расслабилась и стала просто слушать. Пусть человек выговорится на волнующую его тему.
Говорил он долго, красочно, выразительно. Я узнала все подробности его заболевания. Наконец, он закончил.
"Ну, так что мне делать, Марина Васильевна?" - спросил он.
И тут я с радостью ответила:
"А я не Марина Васильевна, я её дочь!"
Мужчина сразу положил трубку. Больше он нам никогда не звонил.