В Российской традиции раздача милостыни считалась делом богоугодным, а вот адресность была делом второстепенным (еврейская мудрость "Пусть милостыня вспотеет в твоей руке" - это не про нас) . Ответственность за использование милостыни «по назначению» возлагалась, собственно, на конечного получателя. Это ему отвечать перед судом небесным за свои грехи.
С помощью милостыни в России разрешались многие социальные проблемы: так, например, заключённых в кандалах, измученных, выводили на площади городов и все сочувствующие подавали им, таким образом, сокращая расходы государства на их скромное содержание.
В процессе вестернизации, когда в Россию стали проникать европейские традиции, через прорубленное окно, с милостыней стали бороться, видя в ней некий акт социального неповиновения, против государственной машины. Теперь вопросом адресности занималось, собственно, само государство, ибо ему одному виднее, кому подавать, а кому не подавать.
Сегодня в «интернетах» все чаще и все громче говорят о профессиональных попрошайках, в образе инвалидов, мадонн, тех, кто «копит на мечту» и тд и тп. И ответственность за пожертвования пытаются возложить не на получателя , а на «плательщика». Ведь с точки зрения государства доход от милостыни, это нелегальный, не облагаемый налогом, теневой доход, не контролируемый никем и ничем на легальных «верхах».
В современной России просто БУМ благотворительности, но «засчитывается» как годная только та, что санкционирована и канализирована. Все же «дающие мимо кассы» - враги народа и пособники фашизма с монеткой в руке.
Да, действительно, благотворительные фонды растут как грибы после дождя. Для справки , благотворительный фонд хоть и некоммерческая организация, но согласно закону о некоммерческих организациях, она имеет право учреждать дочернюю коммерческую (Типа РПЦ и ООО РПЦ). Благотворительные фонды уже давно для многих стали таким же бизнесом, как мафия попрошаек в 90-е. Если раньше все светские дамы мечтали открыть бутик, то теперь мечтают о маленьком фонде, который будет приносить большую пользу обществу и малюсенький гонорар владелице.
Борьба с попрошайками вскоре сменится борьбой с псевдо-фондами, но в любом случае останется борьбой с ветряными мельницами. Обманщиков в метро ничуть не больше, чем обманщиков в сети.
Да, конечно, кому то возможно виднее кому и куда я должна перечислять свои деньги, чтобы умные дяди и тети их приумножили и отправили нуждающимся. Но позвольте мне, как и многим другим, принимать самостоятельные решения, оставьте за нами право выбора: отправлять их по СМС или класть в картонную коробку в переходе.
Многие же из нас, проходящих и неравнодушных, подавая не заботятся вовсе о том, куда пойдут их подаяния. Да все потому что подают они не для просящего, а для себя. Чтобы почувствовать свою нужность, важность, очистить совесть, мотивация здесь обширна, но вся она сводится к некому чувству вины и возможности его сиюминутного искупления, которое пойдет только на пользу ментальному здоровью трудящегося (Да, не отсохнет рука его).
Запретить подавать? Запретить просить? Запретить дышать и думать, сочувствовать и сострадать?
Кто должен решать за меня, кто достоин моих пожертвований?
Кто вправе распоряжаться моими деньгами и моими чувствами?
Ответ прост : Я САМА.