Коль не видели, так поверьте
нет в мире печальней вдруг
полюбившего Бога Смерти..
————————————————————
—…Мам, ты обещала рассказать сказку, я не буду спать без сказки! Не буду!
— Да, да, я помню, Элли. Закрывай глаза и слушай, сегодня будет особенная история…
—————
Легенда о Боге Смерти
—————
Тысячу лет назад жил был король. И было у короля бескрайнее, цветущее королевство. Королевство, которое ценил он, как свою жизнь. Но было у него кое-что, что ценил он даже больше, чем свою жизнь. Точнее кое-кто. Была у него любимая королева. И была..
— А как она выглядела?
— Ну… Дай-ка припомню. Были у нее роскошные, длинные, ручьистые темные волосы, как у тебя. Глаза…
— …Это что, получается, я тоже королева?
— Ха-ха, ну, пока еще не королева…
Так, принцесса, но когда нибудь обязательно станешь королевой. Ну вот…
Жили они долго и счастливо. До поры до времени.
Одним изумрудным, зимним утром, королева привычно прогуливалась в саду. Она безумно любила цветы, сад был буквально ее вторым домом, а некоторым, особенно любимым цветам, она даже давала имена…
— А какие у нее были любимые цветы?
— Кажется, розы. Или хризантемы.
— Мне тоже розы нравятся, мам. Они пахнут приятно, и красивые какие. Только колючие. Я смотреть на них люблю, трогать — не люблю.
— Обычно, им отрывают шипы, чтобы не кололись.
|Обычно, им отрывают всё
— А какие у тебя любимые цветы?
— А я вообще не люблю цветы, милая, мы как-то… не поладили. Ну все, не перебивай. Так вот…
В одно такое изумрудное утро проснулась она раньше, чем обычно, и решила прогуляться в предрассветном саду. Но, по несчастной воле случая, пролетал мимо сада в это время один Бог. Бог самой смерти. А творил Бог смерти темные дела, и от того, что творил, внутри был чернее самой черной розы, темнее самых темных вод, и скрывал он свою темноту под маской. И даже другие боги ничего не могли поделать, потому что даже они боялись его безумия.
И увидел он прекрасную королеву и ее прекрасные цветы, и стал от того еще чернее и темнее от злости к ней и зависти к ее цветам.
И тогда, превратившись в черную розу, обманом он заставил себя сорвать. И лишь сорвала она розу, обернулся он в себя и снял маску, заставив заглянуть в свое безумие.
И в тот же миг наложилось на королеву мрачное проклятие, и сошла королева с ума, а бог смерти, умертвив ее любимый сад, забрал ее с собой на черную гору в свой темный замок…
— Божечки… А что было потом?
— А потом…
А потом прознал об этом король. И в печали своей тонул. Тонул, но без любимой жить не мог и терять ему было нечего, и в великом отчаянии родилась в нем великая отвага. А потому, собрав девять своих самых лучших воинов, собрался он в поход. В поход на темную гору в черный и… или темный замок. Или черный замок. Кажется, я запуталась…
— Гора черная, а замок — темный!
— Ах да… Спасибо, ну и…
…И сошелся тогда король с самой тьмой в безумной схватке. И наблюдали за этим другие боги, и не верили они в безумца. И силы покидали его, ибо негоже человеку бросать вызов и перечить богам, но увидав, с каким отчаянием сражается король, не смогли они остаться в стороне. И тогда поделились они каждый с ним своей силой, и воспрянул король и нанес он смертельную рану темному Богу.
И победил.
— А что с королевой?…
…Благодаря своим верным соратникам, удалось ему расколдовать королеву. И забрал ее король обратно, в свой белый замок, и жили они долго и счастливо, а маску бога смерти он спрятал в старый, громоздкий сундук и утопил на дне озера в саду.
Конец!
— Добро снова победило!
— Добро всегда побеждает, дорогая.
|Но, если честно, я так и не поняла что победило
— Ну все, закрывай глазки, пора спать! В следующий раз я расскажу тебе о гигантских желудях!…
<…>
Как только дверь в детскую захлопнулась, откуда-то сбоку донеслось тихое, недовольное ворчание.
— …Ты опять рассказывала ей этот бред?
— Какой бред?
— Ну, вот эту хрень, которую ты любишь рассказывать. Про землю большую. Про эти сраные деревья до небес и прочую сказочную чушь. Мы туда не вернемся, и не надо кормить ее всякими дикими байками. Не хватало еще чтобы она как и ее сумасшедшая мать туда сорвалась.
— Ты же любил ее, как ты можешь ее так называть…
— Любил, наверное. Это было тысячу лет назад, я уже не помню.
|Ничего не помню. Ничего не чувствую.
— Я, вообще-то, ей про вас рассказы…
— Я слышал. Ты же помнишь, что все было не так…