С вами Владимир Ростовский. И если вы ищите каким чтением заморочиться на вечер, то поиски окончены. В безумно далеком теперь 1997-м на экраны вышел третий фильм Квентина Тарантино "Джеки Браун", или как его еще называют - "самый недооцененный".
И это его история.
Роберт Форстер заходит в свой любимый дайнер "Серебрянная ложка". Ему за пятьдесят, его карьера, выстроенная на боевиках 70-х и би-муви 80-х, в таком же неважном состоянии, как и некогда густая шевелюра. У него давно нет ни агента, ни менеджера, ни серьезных ролей, он просто хочет пообедать и усаживается за столик, к которому прикипел за последние 20 лет. Там его уже дожидается Тарантино. С момента их последней встречи в этом же дайнере прошло шесть месяцев.
- Прочитал "Ромовый пунш"?
- Да, книга отличная, как сценарий?
Тарантино тянет через стол стопку бумаг:
- Посмотри и скажи, как тебе.
Форстер рассматривает титульный лист, на котором напечатано "Джеки Браун"- сценарий Квентина Тарантино, основано на романе Элмора Леонарда "Ромовый пунш".
- А если "Мирамакс" меня не возьмет? Такое бывало, они зовут только на конкретные роли.
Тарантино картинно наклоняется вперед, и его подбородок, кажется, вытягивается еще сильнее:
- Я зову кого захочу.
Жанр Blaxploitation ввалился в кинематограф в 70-х под бесцеремонную пальбу детектива Шафта из одноименного фильма, как очередной подвид эксплуатационного кино. Полыхал недолго, но ярко, успев задеть своим огнем даже Джеймса Бонда в "Живи и дай умереть". Одной из икон этого жанра была и остается пылкая пантера Пэм Гриер, вершившая экранное правосудие в таких фильмах как "Коффи", "Фокси Браун" и "Красотка Шиба". Но когда кривая зрительского интереса пошла вниз, туда же отправилась и ее карьера. Однажды она пришла к молодому Тарантино прослушиваться на роль третьего плана в "Криминальном чтиве" и не получила ее. Но режиссер - большой поклонник как Гриер, так и всего блэксплотейшена - заверил, что они еще обязательно поработают вместе.
Гудки в телефонной трубке, включается автоответчик: "Эй, это Квентин Тарантино, оставьте сообщение."
Раздается писк.
- Квентин, привет, это Пэм. Гриер. Насчет сценария ...
Ее прерывает пулеметный голос Тарантино. Рад тебя слышать. Прошло две недели. На сценарии записка "Пожалуйста, позвони, как прочитаешь". Пэм запинается на несколько секунд, она ее не сразу заметила, поэтому и не звонила, думала, что опять будет играть роль второго плана, в книге ведь главная героиня белая.
Тарантино смеется в трубку:
- Пэм, ты - Джеки Браун.
После кассового успеха "Криминального чтива" в домашнем прокате, триумфа в Каннах, на Оскаре и Золотом Глобусе, Тарантино поймал волну - он мог снимать что угодно и с кем угодно. Поэтому он просто купил права на три книги Элмора Леонарда - своего альтер-эго в мире детективной литературы - и нырнул с головой. Чтобы понять, что "Ромовый пунш" станет его следующим фильмом, Тарантино потребовалось прочитать его дважды, сначала выбор пал на другой роман. Но со второго раза что-то щелкнуло, и он неистово взялся за разработку сценария. Главная роль изначально писалась под Пэм Гриер - так героиня из белой Джеки Бёрк превратилась в чернокожую Джеки Браун, а криминальный детектив - в огромный оммаж блэксплотейшен-эстетике.
- Он позвонил перед самым началом съемок и признался, что очень боялся этого звонка. - Элмор Леонард на интервью для документалки про съемки "Джеки Браун" выглядит, как и положено писателю - очки, борода, водолазка и слегка туманный взгляд. Он продолжает: "Квентин страшно переживал, что сценарий мне не понравится из-за всех тех изменений, что он внес. "Это полнейшая ерунда," - сказал я ему - "подумаешь, поменял название и расу главной героини, это твой фильм, ты - режиссер, делай, что считаешь нужным." По правде сказать, он очень уважительно отнесся к первоисточнику. Когда я получил сценарий, он был не только лучшей адаптацией моих книг, но и попросту лучшим сценарием, что я читал."
Вопрос с исполнителями второстепенных ролей решался гораздо быстрее. В качестве антагониста - торговца оружием Орделла Роби - выступил Сэмюэль Джексон, крепко сдружившийся с Тарантино после "Криминального чтива". Роль его только что освободившегося из тюрьмы криминального приятеля получил Роберт Де Ниро, идеально перевоплотившийся в заново познающего мир раздражительного усача. Бриджит Фонда стала туповатой и назойливой серф-гёрл, с которой зависают оба злодея. И, наконец, пару детективов, ведущих дело Джеки Браун, сыграли два Майкла - Боуэн и Китон.
Съемки проходили с мая по август 1997 года, в Лос-Анджелесе и его окрестностях. Премьера состоялась 8 декабря того же года и "Джеки Браун" тут же сорвал кассу, овации критиков и вал номинаций от Оскара до Берлинале. Карьеры Пэм Гриер и Роберта Форстера получили второе рождение, их заново открыли для себя миллионы людей по всему миру, а за Тарантино прочно закрепилась слава чудотворца, воскрешающего забытых актеров.
В какой-то степени это правда - его режиссерская харизма и культурный вес способны поднять из глубин океана "Титаник". Но каждое кастинговое решение Тарантино принимает исходя в первую очередь из персонажа. И лучших исполнителей, чем Гриер и Форстер на роли еще крепких и симпатичных, но увядающих героев, в ужасе осознающих свое неумолимо приближающееся старение, найти было невозможно.
В сети можно найти множество документальных кадров с площадки "Джеки Браун". На одних съемочная группа и актеры красуются в юбках в придуманный Тарантино "юбочный день", на других смеются и шутят на локациях, в трейлерах, до, во время и после съемок. Невооруженным взглядом видно, как еще молодой режиссер заражает всех и каждого своей неиссякаемой энергией. В последний день съемок они откупоривают шампанское, съемочная группа ликует, из вагончика показывается Пэм Гриер в форме стюардессы, ей передают одну из бутылок, и она улыбается, когда все вокруг начинают скандировать "Пэм! Пэм! Пэм!" с подачи Тарантино. Камера несколько раз выхватывает его лицо, и на нем, кроме радости, можно заметить еще одну эмоцию - вселенскую тоску из-за того, что съемки закончены. Для Тарантино - кино-демиурга, роль играет не столько результат, сколько сам акт творения потому, что кино - это путешествие ради путешествия, а не ради пункта назначения.