Сложно поверить, но были времена, когда к нацистскому фюреру Адольфу Гитлеру в СССР относились вполне лояльно. Этим советский народ был обязан надеждам И.В. Сталина на объединение с Германией в борьбе с антикоммунистически настроенными западными странами.
С приходом к власти в Германии нацистов в 1933 году, несмотря на официально ведущуюся в СССР антифашистскую пропаганду, Сталин изначально питал к Гитлеру определенные симпатии. Есть свидетельства о том, что в 1934 году он произнес по отношению к фюреру восхищенную фразу: «Вот это вождь!» На фоне слабых демократически настроенных европейских правителей Гитлер выгодно выделялся своей организаторской «жилкой», умением сплотить нацию. К тому же, Сталин опасался объединения демократической Европы и США для борьбы с коммунизмом и видел в Гитлере союзника. Оба правителя тоталитарных государств были во многом близки друг другу по духу.
Еще в 1935 году Гитлер посетил СССР по личному приглашению Сталина и даже присутствовал на традиционном первомайском параде. Результатом этого визита стали июньские переговоры с Германией, положившие начало так называемым «новым отношениям» между двумя странами.
19 августа 1939 года было подписано Германо-Советское торговое соглашение, по которому Советский Союз обязался регулярно поставлять Германии металлы, нефтепродукты, хлопок, фуражное зерно и другую продукцию, в том числе и для целей военного производства. 11 февраля 1940 года Германии было предоставлено право транзита через советскую территорию грузов для торговли со странами Ближнего Востока. Немцы также поставляли в нашу страну различное оборудование, в том числе и военную технику, но накануне войны начались перебои с поставками.
23 августа 1939 года, как известно, был заключен пресловутый пакт о ненападении между Молотовым и Риббентропом. В сентябре 1939 года даже проводились совместные парады подразделений германских вооруженных сил и Красной Армии на «присоединенных территориях» - в Бресте, Белостоке, Гродно, Львове. Во время второго визита Риббентропа в Москву в конце сентября 1939-го Молотов предложил Гитлеру помощь в военных кампаниях против европейских стран. Правда, она была тогда мягко отклонена. Но к тому моменту Красная Армия уже приняла участие в разгроме и разделе Польши.
Сталин и Гитлер активно обменивались дружескими посланиями и поздравлениями, а также постоянно заверяли друг друга и свои народы в нерушимости союза между их державами.
Многим союз СССР с гитлеровской Германией казался противоестественным. Конечно, не все советские граждане были так уж наивны. Перед Великой Отечественной войной в обществе росло ощущение растущей военной угрозы со стороны Германии. Но при этом многим казалось, что можно будет избежать конфликта с помощью каких-то дипломатических средств.
После того как немецкие войска в мае 1940 года вошли во Францию, в народе пошли разговоры: «Сколько с Германией ни дружим, а Советскому Союзу будет то же, что и Франции». Удручающее впечатление это известие произвело и на советских руководителей. Н.С. Хрущев вспоминал, что Сталин якобы сказал: «Теперь Гитлер непременно даст нам по мозгам».
Английский корреспондент Александр Верт, который в годы войны работал в Советском Союзе, задавал советским людям два вопроса: «Что вы думали о советско-германском пакте?» и «Когда пакт еще находился в силе, в какой момент вы начали серьезно сомневаться насчет него?»
На первый вопрос он почти всегда получал примерно такие ответы: «Каждый, конечно, понимал, что тошно и неприятно делать вид, будто мы друзья с Гитлером; но уж такое положение сложилось в 1939 году, что нам любой ценой надо было выиграть время, а другого выбора у нас не было». На второй – «Мы начали действительно нервничать, когда увидели, что Гитлер сумел за какой-нибудь месяц, если не меньше, разгромить французскую армию… Мы никогда не ожидали, что немцы так внезапно нападут на нас, а главное, что они сумеют захватить у нас такую огромную территорию, но мы чувствовали, что должны готовиться к очень тяжелой борьбе, если Гитлер спятит с ума настолько, что полезет на нас».
Неизвестно, продолжалась бы «дружба» двух диктаторов, а соответственно, и двух народов, находившихся под властью тоталитарных режимов, если бы пакт о ненападении не был нарушен. Но история не терпит сослагательного наклонения. 22 июня 1941 года момент истины настал, и именно Советскому Союзу во главе со Сталиным мир обязан спасением от «коричневой чумы».