Джон Карри - один из самых выдающихся фигуристов не только своего времени, но и фигурного катания в целом.
Все, что он делал, мне казалось идеальным... Карри не совершал на льду ничего особенного, у него были абсолютно классические, балетные линии, и он относился к такому типу спортсменов, которые никогда не совершают ошибок, не срывают элементы. Многие удивлялись, как я могу увлекаться катанием Карри, когда именно в это время выступал Толлер Крэнстон, который пользовался всемирной любовью.Выступление Карри мне казалось близким к совершенству. Он высоко не прыгал, он мягко катался, и каждый его жест выглядел идеальным по законченности. У меня есть книга о фигурном катании, иллюстрированная фотографиями Джона, сделанными во время соревнований. Что ни фото — скульптура. У Карри не существовало проходящих поз (с) Татьяна Тарасова
Родился будущий Олимпийский чемпион 9 сентября 1949 года в городе Бирмингеме в семье инженера Джозефа Карри.
Маленький Джон был творческим ребёнком и мечтал заниматься танцами. Суровый отец, считавший их занятием для девчонок, ответил категорическим отказом. Это оказало заметное влияние на дальнейшую жизнь фигуриста.
Судьба Джона определилась в шестилетнем возрасте: по телевизору показывали ледовый спектакль "Аладдин". Ребёнка заворожило фигурное катание, и через какое-то время мать отвела мальчика на каток. Карри признавался, что его всегда удивляло, почему танцы на льду, в отличие от танцев на паркете, родители сочли подходящим для него занятием.
Мальчик проводил на катке массу времени. Тренер Кен Викерс хвалил способного ученика, который в уже в 8 лет выиграл свои первые соревнования. Ещё через пять лет, в 1962 году, Карри стал членом Национальной ассоциации фигурного катания (Nationаl Skating Association).
В 1965 году старший мистер Карри умер. Через два года Джон упаковал чемоданы и переехал в Лондон. Там он стал тренироваться у Арнольда Гершвилера и брать уроки классического балета, который перенёс в своё дальнейшее творчество.
Во время этого шестилетнего сотрудничества фигурист стал Чемпионом Великобритании, впрочем, на крупных международных соревнованиях пьедестал ему никак не поддавался, зато появились разногласия относительно тренировочного процесса. Джон решил поменять тренера.
Огромное влияние на катание и формирование чемпионских качеств Карри оказали американские тренеры Густав Люсси, поработавший с его техникой прыжков, и Карло Фасси, который помог ему усовершенствовать "школу", которую Джон, как и любой талантливый фигурист, не слишком любил. С последним спортсмен провёл свой "золотой" сезон 1976/77, став победителем чемпионатов Европы, Мира и Олимпийских игр.
Была у фигуриста и своя "фишка": прыжки он исполнял в направлении против часовой стрелки, зато большинство вращений делал по часовой.
Наряду с Толлером Крэнстоном, Карри изменил фигурное катание, привнёс в него уникальный стиль, сочетающий классический балет и современный танец. Как и его канадский соперник, Джон стремился к синтезу прекрасной техники с артистизмом и художественным представлением.
В то же время, его коллеги в своих воспоминаниях отмечали, что в отличие от того же Крэнстона, Карри никогда не нуждался в контакте с аудиторией. Эвелин Крамер рассказывала:
Джон был традиционен, элегантен, и всегда держал вас на расстоянии. Вы смотрели на его катание и на его величие. На него просто необходимо было смотреть, и это было одной из самых прекрасных черт его катания. Но он не обращался к зрителю, не взаимодействовал с ним. Восхищаться им можно было, если вы его понимали, ну или хотя бы в некоторой степени понимали – его было очень сложно понять. Нужно было знать, на что именно вы смотрите.
Каждый, кто видел программы Карри с этим согласится. Когда смотришь на плавное, грациозное катание этого фигуриста, создаётся впечатление, что он настолько погружён в музыку, что ему не нужен никто.
Но даже тогда нельзя сказать, что фигурист был совершенно счастлив. В автобиографии он признавался, что воспринимал лёд в первую очередь как возможность танцевать, но всё равно это было не то.
Подтверждает это и Толлер Крэнстон:
Я вспоминаю о нем как о человеке с болезненным характером, которому было некомфортно со своим талантом. Он никогда не радовался просто тому, что делал, не получал этого искреннего удовольствия.
Джон Карри с самого детства сражался с предубеждениями, сначала родителей, а потом и первых тренеров. Те стремились сделать его катание более мужественным, пытались силой приглушить его артистизм. Борьба за право оставаться собой, безусловно, сказалась на его взаимоотношениях с людьми.
Олимпийский чемпион Робин Казинс рассказывал:
Со временем у нас сформировались дружеские отношения, благодаря уважению к работе друг друга. Но мы никогда не проводили время вместе. Джона я видел только на турнирах и других мероприятиях по фигурному катанию, и Джон всегда был молчалив и закрыт. Сближались мы, фактически, только когда были на одном тренировочном льду. Джона всегда было нелегко понять. Кроме того, я думал, у него никогда не было времени на коммерческий спорт, а я всегда намеревался стать как можно популярнее. Меня шоу-аспект катания захватывал, а Джона не интересовал вообще. А то, что интересовало его в танцах, для меня было основной причиной, почему я прекратил танцевать. Некоторое время нас сопоставляли.
Впрочем,этого мнения придерживались не все. Татьяна Анатольевна отзывалась о фигуристе так:
В общении Джон был приятный парень. Незаметный и тихий. В одном из турне по Европе, когда сопровождать лучших советских спортсменов поехали Чайковская и я, в группу сильнейших фигуристов мира, естественно, входил и Карри. Ссылаясь на усталость, с середины маршрута Джон решил уехать домой. Мы с Чайковской долго его уговаривали. Наконец, уговорили.
Поехали дальше и приехали в Чехословакию. Опоздали на самолет, но нас сумели «посадить» на поезд, когда все билеты на него были уже проданы. Мы стояли в коридоре вагона восемь часов: все места заняты, никуда не присядешь. Когда у меня хорошее настроение, я для себя что-нибудь напеваю. Я раньше немножко пела. Ну, как пела? Настоящим пением, как я его понимаю, это назвать нельзя—потихонечку, но музыкально правильно мурлыкала. Русские песни и русские романсы.
Слева от меня стоял Крэнстон, справа Карри, и они по очереди просили: «Татьяна, пой». И я в полном восторге, абсолютно раскрепостившись, если не сказать, разгулявшись, счастливая, что мои вокальные способности, наконец, оценили, выводила «за окном черемуха колышется», а они подтягивали припев. Так мы пели втроем всю дорогу. Я запевала, Карри с Крэнстоном поддерживали, и, как мне казалось, получалось совсем неплохо.
После окончания спортивной карьеры, Карри организовал ледовое шоу, в котором выступал в качестве хореографа и исполнителя. Впрочем из-за непростого характера Джона в середине 80-х гг. труппу пришлось распустить.
Помимо этого Карри давал недорогие мастер-классы для юных фигуристов и участвовал в бродвейских постановках ("Icedancing" в 1978 г. и "Brigadoon" в 1980 г.)
В 1979 году королева Елизавета II вручила фигуристу Орден Британской империи.
Последние годы жизни фигурист провёл со своей матерью. Скончался Джон Карри 15 апреля 1994 года в г. Бинтоне. Причиной смерти стал сердечный приступ фоне осложнений, вызванных СПИДом.
Джону Карри можно симпатизировать или нет. Однозначно одно: он внёс огромный вклад в фигурное катание, подарив своим зрителям утончённый балет на льду.
Закончить статью мне бы хотелось словами фигуристки ДжоДжо Старбак:
Как сказала бы Тенли Олбрайт, Джон был весь во льду. Он катался с огромным почтением к пространству. Каждое ребро было бесшумным. Его коньки шептали. Они не говорили громко, громко говорило его сердце.
Спасибо за внимание!
Возможно, вам будут интересны и другие статьи о легендах фигурного катания.
Они покорили "мир". 7 уникальных одиночников
Они покорили "мир". 7 уникальных одиночников. Часть вторая
Легенды фигурного катания. Медж Сайерс - первая одиночница
Легенды фигурного катания. Толлер Крэнстон: художник на коньках..