Тридцатилетняя война — один из самых эпичных кроссоверов Старого Света, затронувший практически все страны Европы. Начавшись как стандартный для разношёрстной «Священной Римской империи германской нации» конфликт на почве «У кого Иисус круче», движ перерос в общеевропейский махач супротив гегемонии немцев в Европе. По итогу война очень сильно изменила Европу, и об этих изменениях мы далее и поговорим.
Время разбрасывать камни
Любая война вносит свои коррективы в демографию, а таких эпичных размеров война (за время которой успело сменится пару поколений, лол) оставила на оной глубочайший след.
Во время боевых действий, то есть в сражениях и осадах городов, общие потери достигают 700 тысяч человечков — 300к со стороны евангелической лиги и её союзников, 400к со стороны католической лиги. Принимая за факт общую аннигиляцию ~6.5 миллионов человек, возникает вопрос — а откуда такие цифры нарисовались.
Тут в игру вступают такие чудеса, как побочные эффекты махача многолюдных армий на какой либо территории. Все мы знаем, что одним из главных источников эпидемий является обычный человеческий жмур. После сражений поля были просто усеяны этими ребятами, заражались реки, птички переносили болезни на сотни километров. Армии живых людей, поминая высочайший уровень антисанитарии, представляли из себя тот ещё клоповник, помимо всего прочего постоянно перемещающийся. Эпидемии тифа в армии выкашивали тысячи человек, медицинские статистики категорически заявляют, что армии противников потеряли от болезней больше, чем от вражеского меча.
Как и всегда, мирные рабочие и крестьяне отхватили больше всего. Мимокрокодящие армии снабжали себя как могли, поэтому крестьяне предпочитали заранее свалить с пути что своих, что чужих. Массовое бегство народа вызывало также распространение болезней по всей империи. В имперской части Италии (где боевых действий не было) например, возникла бубонная чума, всю империю лихорадило от Венгерской болезни. По итогу некоторые регионы, сплошь германские, потеряли более 70% своего населения.
Любая война отнимает очень много денег, причём этим занимается не только чужая армия, но и твоя. СРИ, помимо поражения в войне, выплаты контрибуций каждому гопнику, пришлось пережить гиперинфляцию, связанного с полным развалом монетного дела. На Вестфальской конференции вину взвалили (без последствий один фиг) на Шведов, устроивших в Померании филиал реновации, смешав с грунтом промышленность и рудники, ничего, правда, в замен не оставив. На почве банального отсутствия сырья для изготовления денег, эти самые деньги начали эпичными темпами подделывать, что и вызвало обесценивание монеты.
Время перекрашивать карту
Священная Римская империя отдала иностранцам не так и много земель — лягушатники получили лишь кусочек Эльзаса, шведы — кусочек Померании. Основные территориальные изменения произошли внутри самой империи, в которой начали нарисовываться крупные германские государства — Бавария, Саксония и Бранденбург. К тому же СРИ фактически превращается в конфедерацию — over9000 немецких княжеств фактически получили независимость, лишь номинально подчиняясь императору.
В Европе закатывалась звезда Габсбургов. Испанская империя, несмотря на все свои колонии, постепенно скатывается с Олимпа в коробку, СРИ превратилась в мешанину из особо не дружных княжеств. На севере в свой короткий золотой век входит шведский лев, умудрившийся превратить Балтику в своё внутреннее море, Франция перехватывает пальму первенства на континенте, из под империалистического гнёта высвобождаются Республика соединённых провинций и ламповая Швейцария.
Тридцатилетняя война становится последней крупной европейской религиозной войной, все ранее считавшиеся ересями ответвления христианства стали равными в правах с католицизмом, немецкие князья получили возможность самим выбирать свою веру, а религиозные меньшинства угнетать запретили.
К вопросу об искусстве войны
На начало войны самой имбовой пехотой являлась терция — построение из примерно равного кол-ва пикинёров и мушкетёров. Такая тактика позволяла эффективно отбивать нападки кавалерии о пики, а так же наносить существенный урон врагу огнём мушкетов. Придуманная в Испании, эта пехота использовалась во всей Европе. Изменения пришли со шведами, изобретшими куда более интересный строй, получивший название линейной пехоты. В таком строю мушкетёры значительно преобладали над пикинёрами, и теперь составляли большую часть соединения. Сменявшие друг друга стрелки создавали такую плотность огня, которая моему отцу даже не снилась.
Изменения притерла и кавалерия. Первую скрипку теперь играет гусария — соединения лёгких конников, занимающихся эффектным маневрированием и устраивание врестлинга в тылах противника. В условиях топорности тогдашней системы снабжения, достаточно было просто грамотно нарушить пути сообщения противника, и он сам уползёт в свою нору.