30 апреля, в самый разгар пандемии, члены комитета по биоэтике при Комиссии РФ по делам ЮНЕСКО собрались на площадке ТАСС в онлайн-формате, чтобы обсудить этические и психологические аспекты сложившейся ситуации. Следить за дискуссией в сети Интернет мог любой желающий, однако таковых было немного. Между тем, ученые мужи высказали немало интересного.
Как жить в меняющемся мире?
«Сегодня пандемия в самом разгаре, но уже следует взглянуть за ее горизонт,– обратился модератор дискуссии, первый заместитель генерального директора ТАСС Михаил Гусман к собеседникам.– Общее мнение состоит в том, что мир меняется. Мы должны обсудить, как именно он меняется. Важно понять этические и психологические аспекты того мира, в котором мы будем жить».
Председатель российского комитета по биоэтике при Комиссии РФ по делам ЮНЕСКО, академик РАН, ведущий пульмонолог России Александр Чучалин подчеркнул: этические вызовы XXI века – одна из самых актуальных на сегодня тем. «Однако сейчас мы обсуждаем то, что не прогнозировалось,– признал он.– Мы расплачиваемся за свою беспечность. Первый звонок был еще в 2002-2003 году, когда на юге Китая возникла вспышка коронавируса. Второй сигнал был в 2012 году, когда была локальная вспышка в странах Саудовской Аравии. Мы слишком мало внимания уделяем человеку и тому, что происходит в окружающей среде. Хотя еще Владимир Иванович Вернадский писал о том, что человек резко меняет окружающую среду и отмечал, что эволюционно он не приспособлен к тем изменениям, которые произошли».
Описывая последствия пандемии, Чучалин сделал неожиданный прогноз: «После эпидемии общество будет особенно чувствительно. Мы можем повторить историю, которая происходила перед распадом СССР. Экстрасенсы могут, воспользовавшись ситуацией, завладеть обществом. Цель нашего заседания – помочь врачебному обществу и пациентам, чтобы не открылись двери для целителей и экстрасенсов».
И в этом выводе он не одинок. Опираясь на данные последних исследований Института психологии РАН, заведующий одной из лабораторий института Тимофей Нестик утверждает: «Искусственное нагнетание тревоги повышает шаблонность мышления и снижает способность оценивать долгосрочные последствия принимаемых мер. Тревога повышает чувствительность к негативной информации и заставляет переоценивать другие угрозы. Важно понимать, что мы вошли в пандемию в условиях растущего социального пессимизма и недоверия к социальным институтам. В условиях пандемии в первую очередь оказывается под ударом доверие к власти и к СМИ. Важно как можно скорее представить план перезапуска экономики, дать информацию людям, на основе которой они могли бы планировать свое будущее».
Психолог отметил, что, помимо страха заражения, есть еще три фактора, способствующих соблюдению карантинных мер. Это доверие к власти, медицине и СМИ; убеждение в том, что мы способны защитить от заражения себя и близких; сострадание в отношении заболевших, врачей и других уязвимых категорий людей. «Именно сострадание повышает нашу способность использовать стратегии самообладания и позволяет нам заглядывать в будущее, заботясь о себе и других».
Директор Института исследований проблем психического здоровья Владимир Менделевич отметил, что «огромное количество людей больше говорят о скуке, чем о тревоге и страхе в период самоизоляции. Они не умеют жить в условиях неопределенности, и мы должны их этому научить. Нужно привыкать действовать в условиях неполной ясности. Напомню, что скука – это не отрицательное переживание, а лишь отсутствие положительных эмоций. Человек должен сам справляться с ней, особенно в ситуации, когда врачи работают на износ и вокруг умирают люди». Однако и он призывает не расслабляться. «Мы знаем, что ждет человечество после пандемии. Это будет появление психических расстройств, возникающих обычно после победы».
Работа по решению этих проблем уже ведется. Как отметил Юрий Зинченко, «сегодня наблюдается небывалый рост обмена информацией между профессиональными сообществами разных стран. Мы находимся в постоянном контакте, в том числе и с американскими, и с китайскими психологическими обществами. Российское психологическое общество распространяет свои рекомендации, которые выработали отечественные психологи, а также адаптирует зарубежные разработки. На сайте Российского психологического общества рпо.рф каждый может ознакомиться с нашими рекомендациями для населения».
На переднем крае
Несмотря на высокие должности и звания, некоторые члены комитета лично участвовали в лечении больных коронавирусной инфекцией. Своими впечатлениями об этом поделился Александр Чучалин. Они оказались, мягко говоря, не радужными.
«Сегодня врач входит в палату к человеку, как какой-то монстр. Пациент не видит моего лица, мой голос изменен респиратором. Не удивительно, что первый его вопрос звучал так: «Доктор, я умру?» После этого я попросил подключить к работе с пациентами клинических психологов и сделать врачам бейджи, на которых были бы фото нормальных улыбающихся лиц».
Он напомнил, что, несмотря на все меры защиты, почти 10 % россиян, умерших от коронавируса, составляют медики. «За всю мою 60-летнюю деятельность я такого напряженного труда не видел. Это предельно самоотверженный труд. Адекватная психологическая поддержка нужна не только пациентам, но и врачам, медицинским сестрам, техническому персоналу, а это очень большая группа работников».
«Сейчас большая востребованность по всему миру не только в медиках, но и в психологах, которые помогают населению справляться с последствиями стресса,– продолжил президент Российского психологического общества Юрий Зинченко. –Наблюдаются проблемы с нарушением традиционного уклада жизни. Увеличивается число домашнего насилия, возрастает агрессия. Для психологов это большой вызов. Плюс к этому, традиционный формат оказания психологической помощи – лицом к лицу, на очном приеме – сейчас часто невозможен. Приходится использовать различные технические средства».
Вызовы и ответы
Озвучивая опасения рядовых граждан, Михаил Гусман предположил, что самые большие сложности начнутся после снятия карантина. Наивно думать, что сразу всё будет «так, как было». Он призвал врачей и психологов «готовить людей к новой реальности».
Этот вызов принял директор Института психологии РАН Дмитрий Ушаков. Он напомнил идею английского философа ХХ века Артура Тойнби о том, что все великие цивилизации Земли родились на почве проблем, вызовов, которые требовали ответа. «Часто после пандемии люди становятся сильнее. В Европе в 14 веке после чумы люди жили дольше, и инновации пошли быстрее. После испанки в Америке штаты, где умерло больше людей, показали больший экономический рост. Пандемия – некий вариант вызова, ответ на который может делать нас сильнее. Пандемия – момент истины, который позволяет посмотреть, например, на то, как система здравоохранения, наука, психология отвечает на эти вызовы.
Когда мы проходим через такие испытания, мы отсеиваем ложное,– продолжил Ушаков.– Нам надо обратить внимание на изречение древних: «Через тернии к звездам». Надо понимать, что мы идем сейчас через тернии, мы должны помнить, что победа будет за нами, мы должны быть благодарны врачам».
Президент Российской академии образования Юрий Зинченко обратил внимание на подрастающее поколение. «Идет деформация традиционных форм взросления подростка в условиях цифровизации. Гаджет никогда не сможет заменить живого общения с родителями, учителями, и того здорового климата, который возникает в любом коллективе. Стоят вопросы цифровой морали и этики. Как выстроить правильно цифровое общество? Кроме того, пандемия, рано или поздно, закончится, и надо уже сегодня предпринять усилия, чтобы после снятия ограничений никто не «завис», не остался в цифровой зоне».
Ведущие ученые сошлись в одном: с этой болезнью изменилось лицо мировой медицины. Переживая пандемию, мы увидели то, чего раньше не знали, получили новые знания. Теперь наше будущее зависит от уровня доверия к друг другу, и государству, от скоординированности действий по выходу из кризиса.