Зачем нам голова? Мы ей едим. Мы ей думаем о еде и говорим – тоже о еде. Наша речь набита пищевыми метафорами, как холодильник сибарита: «Я тебя не перевариваю, меня от тебя тошнит!» или: «Ты моя булочка: так бы и съел!» Пищеварительный тракт параллелен дороге жизни, и ощутить вкус к жизни – это великое счастье. А какой великий ужас – лишиться вкусовых сосочков на языке… Бессмысленное и беспощадное прозябание без божества и вдохновенья. О пищевом аспекте бытия мы побеседовали с психотерапевтом Натальей Осмининой.
Еда входит в репертуар человеческих наслаждений и напрямую сопряжена с сексуальностью. Помните, как Микки Рурк кормит Ким Бэйсингер в «9 и 1/2 недель» (если не видели, обязательно посмотрите этот фильм!) − то клубникой со сливками, то жгучим перцем чили? О чем и речь. Так что ограничения в пище могут привести к отказу от других чувственных удовольствий и нежеланию пробовать жизнь на вкус, смаковать ее. Наталья Осминина очень красочно проиллюстрировала подобную ситуацию:
− Однажды летом я ехала в поезде с мужчиной, который, глядя мне в декольте, увлеченно рассказывал, как правильно худеть. Пока аскет вещал про прелести раздельного питания, разглядывая мои загорелые плечи, во мне проснулся азарт: «Представьте себе прохладные, чуть кисловатые, нежные хлопья простокваши, которые попадают на губы, охлаждая рот и горло… Или душистый желтый перец, у которого на изломе выступают капельки сока, и кусок жареного мяса – с хрустящей корочкой и нежной мякотью. Неужели вы можете отказать себе в таком удовольствии – съесть все это?» Любитель диет был совращен с пути истинного: на каждой станции до Симферополя он покупал семечки, мороженое, бисквиты, картошку, курицу и был счастлив. А сама я мечтаю жить на юге Франции, где открою ресторан дорожной еды. В меню будет все то, что обычно едят в поездах: вобла, пирожки, копченая колбаса, вареные яйца…
По большому счету, любители диет и патологические обжоры – товарищи по несчастью: они не чувствуют всей гаммы вкуса и не могут, не умеют получать от процесса еды настоящий, полноценный кайф. А истинные гурманы – это люди с изысканной пищевой потребностью, эстеты, очень небезразличны к окружающему миру: им нравится дегустировать жизнь!
Например, таким человеком был Джоакки́но Росси́ни, автор знаменитой оперы «Севильский цирюльник» и многих других: свою стряпню он любил так же сильно, как и свою музыку. По собственному признанию композитора, плакал он всего три раза в жизни: когда освистали его оперу, когда он слушал Паганини (который, кстати, слыл таким же виртуозом венчика, как и скрипки) и когда случайно уронил блюдо с индейкой в озеро. Если бы Россини не был композитором, история, без сомнения, присудила бы ему звание величайшего гастронома XIX века!
«Желудок − это дирижер, который управляет огромным оркестром наших страстей, - говорил Россини. – Есть, любить, петь, переваривать – по правде говоря, это и есть четыре действия комической оперы, которую мы называем жизнью. Тот, кто позволит ей пройти без наслаждения ими, - не более чем законченный дурак». Увы, гастрономическая невоздержанность привела к естественному результату: ближе к концу жизни Россини страдал ожирением и болезнями желудочно-кишечного тракта.
Дегустируйте, наслаждайтесь – но не переедайте!
Начало статьи здесь