Падали большие хлопья снега, приближался Новый год. Совсем скоро президент должен был говорить новогоднюю речь, а курант возвещать всей стране о пришествии Нового года.
И вот, тридцатого декабря, в башне на красной площади что-то щелкнуло, и самая большая шестерня развалилась на две части. До Нового года оставался один день. Все сразу же начали искать того, кто может их починить, но старый мастер, с длинной бородой, ушел на пенсию еще три года назад, часы никогда не ломались, и нового не нанимали, из соображений сэкономить денег.
Обратились к инженерам. Люди у в очках и белых халатах полтора часа ходили вверх-вниз по лестницам башни, смотрели в каждый угол, мерили что-то линейками и записывали что-то в блокноты. Итогом их вычислений была следующая фраза: «Как починить шестерню мы не знаем, но, если понадобится можем запустить куранты в космос». Они собрали линейки, блокноты и ушли.
На смену им позвали сварщиков. Сварщики были менее демонстративными, они держали в руке какую-то непонятную кочергу и стучали ей по всему, чтобы хоть отдаленно напоминало железо. После каждого звона они переглядывались и многозначительно кивали. Вердикт сварщиков был таков: «Шов сложный, даже если его заварить, он тут же развалится. Вот пройтись сваркой по вообще всему, что есть в башне, и навсегда парализовать механизм – это можно». Сварщики собрали железные палки и ушли.
К уволенному мастеру обращаться никто не хотел, потому что попросил бы вернуть себя на работу, и ему пришлось бы платить зарплату, не один раз, а каждый месяц. Поэтому решено было найти другого часовщика подешевле, и такой был найден.
Часовщик, с маленьким увеличительным стёклышком в глазу и залысиной в самом центре макушки, очень долго разглядывал шестерни и чесал то подбородок, то блестящий участок кожи на голове. Он ходил и мычал очень многозначительно, иногда вздыхал и постанывал. Такое поведение давало всем окружающим понять – мастер найдет выход. Через два часа хождений, разглядываний и стенаний он выдал следующее:
«Я, вообще-то, ремонтирую только наручные часы. Что делать с этими огромными шестернями не имею понятия». Он сложил увеличительно стеклышко в карман и ушел.
Выбора не было. Пришлось раскошеливаться и вызывать старого мастера. Старый мастер сказал, чтобы никто ему не мешал и выгнал всех ротозеев из башни. Что происходило внутри – никто не видел, но то, что там все падало, дребезжало, звенело и грохотало – слышали все. В один момент кто-то уже было хотел вызывать наряд ОМОНа, но шум затих и пыль перестала вылетать из окон, а часы пошли.
Из башни вышел бородатый часовщик, он был весь перемазан мазутом, а на его голове был сантиметровый слой пыли, но самое важно было не это. Самым важным было то, что на своих плечах он нес по две огромные шестерни, а в руках держал еще одну, поменьше. Бородатый часовщик сбросил металл на пол и сказал,
- Короче так. Я лишнее убрал, шестерни переставил, все работает как часы. Но смотрите больше не ломайте, потому что лишних деталей там уже совсем не осталось.
З.Ы, А вот рассказ, про человека, который боялся толпы, но ему пришлось выступить на тысячную аудиторию.