Любая отрасль медицинской индустрии построена на больших деньгах. Ежегодно проводятся конференции и симпозиумы, которые собирают ученых мужей со всего мира. Государства выделяют многомиллионные дотации на развитие медицины. Существуют десятки и сотни благотворительных организаций, которые проводят арт-мероприятия и аукционы для сбора средств.
Новые медицинские препараты появляются каждый месяц, перед этим пройдя несколько уровней проверки на токсичность. За всем этим стоит одна единственная правда. Если эффективные лекарства в итоге будут найдены, все эти люди потеряют работу. Утратится смысл конференций и съездов, разработок и проектов. Людей можно будет вылечить.
Семечки яблок и рак, как они связаны?
Какое бы лекарство тебе ни предлагали, оно рассчитано на временное улучшение либо на относительное поддержание здоровья. Лучше и надежнее природных средств в борьбе с болезнями как не было, так и нет. Возможно, когда-нибудь они появятся, но сейчас иной альтернативы химическому лечению не найти.
Конечно же, здорового скепсиса еще никто не отменял. Всегда кажется, что природное средство слишком слабо, чтобы расправиться с серьезным заболеванием. Можно выпить травяной чай и улучшить самочувствие при простуде, но чтобы онкологию лечить — это вряд ли.
А вот и не так! На самом деле в природе существует всё необходимое для здоровья и долголетия человека. Если он не будет себе мешать и не станет стабильно подрывать свое здоровье, то сможет дожить до глубокой старости крепким, счастливым и уверенным в своих силах. И никому, кроме него самого, это не будет выгодно.
О ядрах абрикосовых косточек, а также яблочных, сливовых и персиковых известно давно. Ведутся разговоры о вреде и пользе косточек, то и дело всплывают заявления о том, что в них содержатся синильная кислота и ее соединения (цианиды). Да, цианид в ядре косточек действительно есть. Именно цианид отвечает за горький вкус этих зерен. Но содержится он в связанном виде и входит в состав вещества, которое называется амигдалин.
Амигдалин можно условно разделить на четыре составляющих. Это собственно цианид, бензальдегид и две молекулы глюкозы. Первые два вещества, несомненно, ядовиты. Но в здоровом организме, в здоровых тканях они не распадаются. Они просто выводятся из организма вместе с мочой — проходят по тканям транзитом. Зато в тканях раковой опухоли амигдалин распадается на составляющие, цианид и бензальдегид высвобождаются.
Получается, пораженная ткань подвергается токсичному воздействию этих веществ. Злокачественные клетки гибнут, и опухоль распадается изнутри. Звучит фантастически, но тем не менее глюкоза в этом случае выступает приманкой. Раковые ткани питаются за счет ферментирования глюкозы. Процесс ферментации проходит под воздействием фермента бета-глюкозидазы.
Бета-глюкозидаза фактически открывает амигдалин, выпуская во вражескую клетку токсичные вещества. Получается этакая внутренняя химиотерапия абсолютно натурального происхождения. Преимущества амигдалина неоспоримы — он не вредит здоровым клеткам, но в то же время уничтожает клетки злокачественные, тем самым очищая организм.
Почему же фармакологические компании молчат о пользе амигдалина? Об этом мы говорили еще в самом начале. Никому не выгодно лечить людей, выгодно залечивать их. Пока человек жив, он цепляется за самую призрачную возможность. Больной будет проходить лечебные курсы, облучаться и горстями глотать самые невероятные капсулы и таблетки, если ему пообещают, что он протянет еще месяц.
Обнаружили амигдалин достаточно давно, еще в 1952 году. Тогда его очистили, изготовили порошковую форму, а затем капсулы. Всё было готово для лабораторных тестов, которые амигдалин тоже прошел. Он получил еще несколько названий. Одно из них — «Лаэтрил», другое — В17. Создатель препарата Эрнст Кребб обнаружил, что свойства амигдалина очень похожи на свойства витаминов группы В. Так как их на тот момент было известно всего 16, амигдалин получил 17-й порядковый номер.
Помимо стандартных лабораторных проверок на животных, Эрнст испробовал «Лаэтрил» на себе, чтобы убедить общественность в его безопасности. В 1971 году использование «Лаэтрила» запретили после тестирования в научном институте Слоун-Кеттеринг, а сам препарат засекретили. Эрнст не смирился с таким положением дел и призвал на помощь журналиста Эдварда Гриффина. В то же время представитель института, доктор Ральф Мосс, выступил против запрета «Лаэтрила».
Доктор Мосс утверждал, что результаты тестов, приведших к запрету препарата, были сфальсифицированы, и в качестве подтверждения своих слов разорвал контракт с нечестным институтом. Впоследствии Эрнст Кребб написал книгу «Жизнь без рака», в которой подробно описаны влияние амигдалина на организм, вред химиотерапии и необходимость переходить на природные методы лечения.
ИСТОЧНИК: totalbest.ru