КТ с контрастным усилением показала значительно меньший диаметр тр ансплантата при анастомозе, чем в теле трансплантата. Существует ряд возможных объяснений этого несоответствия. Безусловно, анастомоз аорты был наиболее распространенным местом врастания тканей у наших пациентов, поэтому при проведении КТ может произойти рефлекс относительного стеноза. Кроме того, ушивание трансплантата, вероятно, предотвратит расширение в анастомотическом участке, как при систоле, так и из-за растяжения материала трансплантата в долгосрочном периоде. Независимо от того, является ли основная причина патологической, или это результат дизайна оттока трансплантата и техники имплантации, абсолютное и относительное уменьшение диаметра трансплантата при анастомозе может оказать существенное влияние как на скорость потока, так и на турбулентность.
Долгосрочное влияние врастания тканей на производительность насоса может быть уменьшено либо упреждающим подходом, либо модификацией конструкции трансплантата, либо выборочным лечением клинически значимых повреждений. Предварительно диаметр трансплантата может быть увеличен, либо по всей его длине, либо только на его дистальном конце. Увеличение диаметра могло бы, учитывая нелинейный эффект диаметра трансплантата на потери давления, означать, что та же самая степень уменьшения диаметра привела бы к меньшему увеличению градиента давления и, следовательно, меньшему снижению производительности насоса. Следует отметить, что в приборе HeartMate 3 используется 13-миллиметровый оттяжной трансплантат по сравнению с 10-миллиметровым трансплантатом HeartWare HVAD, оцененным в данном исследовании, и поэтому уже меньше восприимчивы к эффекту врастания тканей. Вторая потенциальная модификация предполагает использование лекарственных препаратов, как паклитаксельь ных, так и сиролимусохраняющих тр ансплантатов, продемонстрировала эффективность в предотвращении синтетического артериовенозного рестенооза артериовенозной фисстулы в исследованиях на животных, хотя они еще не поступили в продажу для использования человеком. Наконец, медикаментозная шаровая ангиопластика показала эффективность в лечении артериовенозного рестеноза и может представлять собой потенциальный метод лечения в случае клинически значимого стеноза выходного трансплантата cf-LVAD .Такой подход в конечном счете может быть наиболее целесообразным, учитывая, что, хотя врастание тканей присутствует практически повсеместно, у большинства пациентов это не связано с клинически значимым снижением стеноза трансплантата.
Ограничения нашего исследования заслуживают обсуждения. Это был ретроспективный анализ, и как таковой он является только гипотезой. Хотя мы установили, что насосные струи уменьшаются за тот же период времени, что и ткани, мы не смогли де-факто установить причинно-следственную связь между этими phe-номами. На индивидуальном уровне пациента не было корреляции между гистологически обусловленной глубиной врастания тканей и величиной уменьшения насосных стоков, хотя следует отметить, что гистологическая оценка глубины тканей может быть предрасположена к существенной мероо приятной ошибке. Аналогичным образом, не было никакой связи между диаметром канала на КТ с усиленным контрастом и величиной уменьшения насосных стоков, что неудивительно, учитывая, что КТ формировалась в соответствии с клинической потребностью и, следовательно, в переменное время после имплантации LVAD. Следовательно, наблюдаемое снижение производительности насоса может быть вызвано другими изменениями условий нагрузки; конкретный вклад уменьшения диаметра трансплантата в снижение производительности насоса невозможно точно охарактеризовать из нашего исследования.
Выводы
Имеются данные о формировании тканей внутри трансплантата HVAD у подавляющего большинства пациентов, чаще всего расположенных при анастомозе аорты и состоящих из инфильтрата, неоинтимы или фиброза. Это связано с заметным снижением производительности насоса с течением времени и может иметь последствия для проектирования будущих выхлопных трансплантатов.