В далёкой Бельгии работает радиостанция Radio 1. За последнюю неделю каждое утро и каждый вечер со мной проводят ребята со станции, говорящие на нидерландском языке и включающие прекрасные песни. На самом деле, незнакомый язык фламандцев - отдельный вид музыки. Ни черта не понимаешь - зато звучание спокойное, подобно дыханию северной природы. Всё чаще станция напоминает мне о тёплом французском языке. Весь вечер слушаю старенький шедевр с душераздирающим хором и грустной трубой. Il rentrait chez lui, là-haut vers le brouillard,
Elle descendait dans le midi, le midi. Он возвращался к себе, на север к туману,
Она ехала на юг, на юг. Знаете, после этих строчек вспомнил компас Капитана Джека Воробья. Он бы тоже мне указал на Север. Хочется на море - холодное и без единой души.
В далёкой Бельгии работает радиостанция Radio 1.
За последнюю неделю каждое утро и каждый вечер со мной проводят ребята со станции, говорящие на нидерландском языке и включающие прекрасные песни. На самом деле, незнакомый язык фламандцев - отдельный вид музыки. Ни черта не понимаешь - зато звучание спокойное, подобно дыханию северной природы.
Всё чаще станция напоминает мне о тёплом французском языке. Весь вечер слушаю старенький шедевр с душераздирающим хором и грустной трубой.
Il rentrait chez lui, là-haut vers le brouillard,
Elle descendait dans le midi, le midi.
Он возвращался к себе, на север к туману,
Она ехала на юг, на юг.
Знаете, после этих строчек вспомнил компас Капитана Джека Воробья.
Он бы тоже мне указал на Север. Хочется на море - холодное и без единой души.