Шкатулка с драгоценностями вдовствующей императрицы Марии Федоровны...
Тот факт, что Марии Федоровне удалось вывезти в эмиграцию свои драгоценности, известен всем. Драгоценности, которые были уникальны.
Последние годы жизни Мария Федоровна держала шкатулку с украшениями в своей спальне, не доверяя их никому.
Своим дочерям она не позволила продать ни одного украшения. Почему? Это вопрос только в ней. Может быть, она знала, что эти украшения послужат им финансовой опорой после её смерти? А может быть, эти драгоценности были её последним напоминанием о тех днях, когда она была императрицей?
Фотографии императрицы Марии Федоровны дают нам представление о том, какие украшения у неё были, и почему они так всех интересовали...
Как развивались события с драгоценностями после кончины Марии Федоровны?
Эта историю я рассказываю по воспоминаниям великой княжны Ольги Александровны. Теорий и предположений о том, что стало с драгоценностями множество, но у меня вызывают доверие слова только того, кто являлся наследником этих сокровищ, и кто участвовал в тех событиях, то есть Ольга Александровна.
Через пару дней после похорон к Ольге, которая после смерти матери какое-то время жила в Видере, приезжает король Христиан X. Единственное, что его интересовало в тот день – где находится эта самая шкатулка?
А шкатулка была уже в дороге, и направлялась она в Лондон по распоряжению великой княжны Ксении Александровны, старшей дочери вдовствующей императрицы.
Такое решение Ксении Александровны это результат встречи с сэром Питером Барком, который в 1914 – 1917 годах, был русским министром финансов (на момент описываемых событий он жил в Англии).
К сестрам Питер Барк отправился по просьбе сэра Фредерика Понсонби. А вот Фредерику Понсонби дал указание доставить драгоценности в Англию король Великобритании Георг V.
Пару слов о Питере Барке, чтобы было понятно, почему великая княжна Ксения Александровна согласилась с его предложением и почему, именно его направили решать этот деликатный вопрос с драгоценностями.
Пётр Львович Барк последний министр финансов Российской империи. Назначен на место управляющего Министерством финансов перед самым началом войны с Германией. За свои деловые качества получил прозвище «непотопляемый Барк».
В дни Февральской революции был арестован по распоряжению А.Ф. Керенского, причем арест произвел бывший лакей Барка.
В 1920 году эмигрировал в Англию, где состоял советником управляющего Банком Англии по делам стран Восточной Европы. Вел финансовые дела эмигрировавших членов императорского дома России. За свои заслуги уже в Англии был возведен в рыцарское достоинство королем Англии, получил титул баронета.
Но вернемся к событиям тех дней, когда решалась судьба этой самой загадочной шкатулки…
Из воспоминаний Фредерика Понсонби Питер Барк (Пётр) встречается с сестрами и убеждает их в том, что драгоценности лучше хранить в банковском сейфе в Лондоне. В тот же день шкатулка была опечатана и отправилась в Англию.
А вот, по словам великой княжны Ольги Александровны, с Барком она не встречалась. Решение о перевозе драгоценностей принимала великая княжна Ксения, одна, без сестры.
Ольге Александровне дали понять, что она жена простолюдина, и её это мало касается.
После отправки шкатулки в Англию, в.к. Ксения вслед за ней направляется в Англию. В Букингемском дворце в её присутствии открывают шкатулку. Воспоминания Понсонби:
Были извлечены целые нитки самых восхитительных жемчужин, все в соответствии с их размерами. Самые крупные были величиной с вишню... Затем разложили изумруды, крупные рубины и сапфиры...
Фирма Хеннель и сыновья произвела оценку и согласилась под заклад выдать 100.000 фунтов стерлингов.
Сэр Эдвард Пикок, директор Английского банка, который по распоряжению короля Георга V занимался делами сестер Романовых, говорил, что доверенная ему сумма составляла именно 100.000 фунтов стерлингов, из которой 60 получила великая княгиня Ксения, а 40 великая княгиня Ольга.
А вот, что говорил сэр Понсонби:
впоследствии эти драгоценности принесли доход в триста пятьдесят тысяч фунтов
Почему звучит сумма в 100 тысяч фунтов стерлингов, а не 350, как говорит сэр Понсонби? Не понятно до сих пор. К тому же многие, в том числе и Питер Барк, оценили коллекцию драгоценностей в полмиллиона фунтов стерлингов!
Вот только немногое из драгоценностей вдовствующей императрицы Марии Федоровны:
Что думала о всей этой истории великая княжна Ольга Александровна?
Действительно, в этом деле есть некоторые стороны, которые я не могла понять. Да я и не думала об этом слишком уж много и ни с кем не делилась своими соображениями, кроме своего мужа.
Я знаю, что Мэй (королева Мария) всегда обожала ювелирные изделия хорошего качества.
Помню, в 1925 году советское правительство, крайне нуждавшееся в иностранной валюте, отправило для продажи в Англии множество драгоценностей, принадлежавших фамилии Романовых, и, как мне стало известно, Мэй приобрела очень многие из них, в том числе коллекцию пасхальных яиц работы Фаберже.
Мне также известно, что среди ювелирных изделий, вывезенных в Англию на продажу, был по крайней мере один предмет, похищенный из моего дворца в Петрограде. Но его цена оказалась слишком высока даже для Мэй, и я полагаю, что предмет этот и поныне находится в Кремле. Это был один из моих свадебных подарков изысканный веер из перламутра, усыпанный алмазами и жемчужинами.
Как и предполагала Мария Федоровна, после её смерти драгоценности стали финансовой поддержкой её дочерям. Только вот, сумма оказалась меньше… и почему, так произошло, окончательного мнения нет. По крайней мере, я не нашла.
Великая княгиня Ольга Александровна никогда и никому не напоминала о событиях тех дней. Вот её слова:
К чему было обострять отношения?
Фотографии из интернета