Следует признать, что мы на пороге самого большого кризиса. С 1998 года у России не было столько одномоментно накопленных экономических проблем. В связи с общемировой пандемией, резко упал спрос на нефтегазовое сырье, обвалились цены на все экспортные товары. А так, как бюджет страны на 40% - это нефтегазовые доходы, возможности по социальному обеспечению граждан будут ограничены. К сожалению, сложно прогнозировать дно кризиса, но еще труднее выход из него. Пандемия нанесла экономический урон всем странам без исключения, поэтому восстановление потребительской активности в развитых странах – открытие авиасообщений, туризма, спрос на товары длительного пользования, а тем более на товары производственного назначения, - видеться только в долгосрочной перспективе.
Какие-либо меры по поддержке населения, льготы бизнесу в кризисный период, в недрах российской власти рождаются с очень большим трудом. И аргумент в отказе от реальной помощи один: треснет или бюджет, или физиономия властью облагодетельствованная. Поэтому в наших реалиях, когда уже второй месяц правительство не может определиться с тем, что делать с населением в массовом порядке отправленное на самоизоляцию. Ждать мер по улучшению экономического климата в стране, созданию рабочих мест, снижению уровня безработицы и повышения уровня социальной защищенности граждан, к большому сожалению, не приходиться.
Если посмотреть на рост ВВП страны в последние годы, по показателю которого нас обогнали прибалтийские страны, ряд стран Восточной Европы и т.д.
Эффективность экономического курса ставиться под большим вопросом, а также огромные сомнения в возможности властных структур предложить действенные меры по выходу страны из полномасштабного кризиса.