Активная поддержка Алексея Навального некоторыми представителями либеральной интеллигенции в итоге может выйти им боком, предупреждают политологи. Самый заметный на сегодняшний день оппозиционный политик Алексей Навальный на самом деле бесконечно далек от либеральной идеологии. Более того, политическая риторика Навального вполне органично вписывается в идеологический и стилистический репертуар крайне правых. Однако даже на этом поле российский оппозиционер сильно отличается от своих зарубежных "коллег", констатирует в новом выпуске еженедельника "Аргументы и факты" директор Института глобализации и социальных движений Борис Кагарлицкий.
’’Если судить по современной европейской политике, он смотрится как представитель радикального крыла. Марин Ле Пен и ее соратники по французскому Национальному фронту ничего даже близко похожего себе не позволяют", - пишет Кагарлицкий. По мнению эксперта, политическая платформа Навального на поверку оказывается весьма близка к фашистским движениям в Германии 1920-х годов. Тогдашние немецкие националисты, как и лидер сегодняшних российских либералов, отмечает Кагарлицкий, тоже склонны были представлять себя стоящими выше традиционного деления на "левых" и "правых", преодолевающими все противоречия во имя единой национальной программы.
Похожая риторика, не правда ли? От сегодняшних российских либералов также нередко приходится слышать, что, хотя Алексей Навальный, возможно, далеко не идеальный лидер, однако, поддержать следует именно его, как наиболее перспективного кандидата от оппозиции.
Политологи отмечают, что поддержка Навального либеральной интеллигенцией - скорее желание последней еще больше насолить власти, к которой она традиционно находится в оппозиции. Однако в этом своем стремлении оппозиционеры забывают о главном: придя к власти, Алексей Навальный в итоге может оказаться для них злом, еще большим, нежели нынешняя власть, с которой они сегодня пытаются бороться.
"Открытые общественные группы, каковыми, безусловно, являются либералы, часто сами "выращивают" своих уничтожителей: в данном случае эдипов комплекс распространяется не столько на индивидуума, сколько на целый социум, - писал недавно политолог, гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин в своей публикации в "МК". - Вчера либералы ругались между собой и ругали власть, поддерживали Михаила Ходорковского и боготворили Запад - сегодня в либеральной среде принято и даже модно поддерживать Алексея Навального как сильного раздражителя, аллергена для нынешней политической системы".
Проблема, однако, заключается в том, что стань Навальный по-настоящему сильным лидером, он может оказаться опасным не только для либералов, но для всего российского общества. Резкие националистические заявления Алексея Навального, угрозы в адрес мигрантов, хамоватый стиль политической полемики зачастую воспринимаются его сторонниками как нечто, предназначенное для массовой публики. Однако, отмечает Кагарлицкий, деление на "своих" и "чужих" в итоге может оказаться очень условным. В 20-е годы прошлого века немецкая интеллигенция тоже не видела особой опасности в молодом Адольфе Гитлере, бойко клеймящем коррупцию.
"Навальный сам и подобные ему персонажи опасны для общества. Поднимать национальный вопрос недопустимо в любой ситуации, - уверена депутат Госдумы, член комитета по делам СНГ Ирина Роднина. - Он политик новой волны, который считает что ему все можно. Но я надеюсь, что у людей хватит ума и разума, чтобы на такую глупость не попадаться".
Открытым остается лишь вопрос о том, для чего либеральной интеллигенции сегодня позиционировать Навального как единственного оппозиционного лидера. По мнению экспертов, для либералов Навальный - последняя возможность попасть во власть, поскольку сами они поддержкой населения не пользуются. "Они честно проиграли на выборах, не набрав даже 5%. Они могут прийти к власти только при помощи", - считает главный научный сотрудник Института экономики РАН Александр Ципко.
Беда в том, что либералы, увлекшись борьбой за власть, похоже, просто не понимают, что едва ли Алексей Навальный, оказавшись у руля, вдруг ни с того ни с сего превратится в либерального политика, коим он по сути никогда и не был. "Нелишне вспомнить, что в 1920-е годы, в условиях экономического и социального кризиса немалая часть итальянской и позднее германской интеллигенции готова была заигрывать с националистическими и фашистскими идеями. Потом стало очень страшно, и очень стыдно. Но это было уже потом", - резюмирует Борис Кагарлицкий.
Подробности: https://regnum.ru/news/polit/1697305.html