Все ходят в масках. Думают, вирус их не узнает. Премьер Мишустин не носил маску. Вирус его узнал. Переживаю за Путина – он тоже без маски. Хотя его узнает любой. Даже в маске.
Врачи создали «скорбный список». Там уже почти девяносто фамилий. Сравнил цифры. На 180 выздоровевших теряем доктора или сестру, фельдшера или нянечку. В Италии пандемия унесла жизни 152 медиков. Одного на 434 поправившихся. В Италии трусливые врачи. В коридорах наших больниц нужно развесить портреты ковида. Заступая на дежурство, оглашать, подобно гладиаторам: «Идущие на смерть приветствуют тебя!»
Очень важный врач сказал, что нужно еще больше усилить и вообще запретить – только так победим.
По телевизору показывают «скорые». Они одна за одной подъезжают к приемному покою. С мигалками. Из них вынимают носилки. На носилках что-то в одеялах. Или коврах. Или просто одеяла и ковры. Эти кадры сняты недели три назад, но выглядят, как новенькие. Их снова показывают. Несет фальшью…
Люди в спецкомбинезонах чем-то опрыскивают остановки. Или опыляют. По телевизору. Вживую не видел. И никто из моих знакомых не видел.
Тележурналисты с микрофонами в парках стыдят горожан. Эти горожане почему-то без масок. Они пришли погулять, на улице наконец-то весна. Их стыдят и за то, что они гуляют, и за то, что без масок. Из пригородов доносится негодование – там кто-то осмелился жарить шашлыки и удить рыбу.
В Удмуртии объявлен конкурс на лучший «дом высокой культуры самоизоляции». Экран показывает улыбающихся людей всех возрастов на балконах с воздушными шарами и российскими триколорами. Они счастливы. Говорят, инициатива главы республики.
Министерство обороны в срочном порядке построило и открыло двадцать медицинских центров по борьбе с заразой. В них уже установили оборудование и завезли врачей. Теперь напряженно ждут пациентов.
В Москве стадионы и павильоны ВДНХ оборудуют под госпитали. Устанавливают оборудование и завозят врачей. Будут напряженно ждать пациентов.
Всё готово, все наизготовку. Лучше перебдить, чем недобдить. Самое тяжелое – ждать.
«Сиди дома!» Не ходи! Спи один! На что жить? Что нам жрать? Нам плевать, сиди дома! Денег нет, но вы держитесь! Малый бизнес закрыт. Малое всегда приносится в жертву великому. Средний бизнес закрыт. Среднее тоже всегда приносится в жертву великому. Неужели и большой в жертву? Нет, большому мы поможем. А кто нам поможет? Да пошли вы…
Тесты проводим? Проводим, но неточно. Насколько неточно? Пятьдесят на пятьдесят – может болен, может нет, но это неточно. «Мама, я беременна!». «Точно?». «Пятьдесят на пятьдесят!».
Все оттого, что болезнь может протекать тяжело, может легко, может бессимптомно. Это почему? Мы не знаем. Что значит «бессимптомно»? Вы не больны, но вы носитель вируса. Чем лечить? Лечить не надо, только самоизоляция. «Мама, я не беременна! Я только переносчица сперматозоидов».
Граница на замке. Замок уже заржавел. Внутри кордоны. «Ты сюда не ходи!». Дрон с высоты транслирует, как женщина с коляской в парке убегает от двух бойцов Росгвардии. Они хотят только поговорить и объяснить. Но лучше от них убежать. Догонят - она же с коляской. Объяснят.
Когда это все закончится? Скоро, мы уже вот-вот выйдем на плато заболевания, потом оно пойдет на спад. Нет, не выйдем. Не пойдет. Ты нарушаешь режим самоизоляции. Ты вышел из дома. Ты без маски. Ты сам во всем виноват.Ты – главная причина всех своих бед. Ты от рождения самовиновен. Мы будем защищать тебя от самого себя. И только попробуй нам помешать.
За окном идет стройка, работает кран… Возводят новый паркинг. В поле зрения одновременно десятки человечков в оранжевых касках. Стройка ни на день не прекращала работу. Как и другие. Эти люди чем-то хуже нас, и их не жалко? Или они лучше нас, и нас не жалко?
Фото из открытых источников