Вот так сюрприз!

Илья с усмешкой наблюдал за предпраздничной возней сослуживцев. Мужчины все время куда-то звонили, бегали, хвастались друг перед другом покупками к восьмому марта. У Ильи не было подобного «комплекса». Он считал, что не стоит тратить деньги на пустяки. Поэтому подарков не делал, не покупал даже цветы.

Пять лет совместной жизни с Валей он прожил честно, не изменял. Пусть другие задаривают своих жен за прошлые и будущие грехи, а мне нет смысла — думал Илья. Хотя возбуждение коллег и предпраздничная суета все же не оставались не замеченными в душе. И где-то там, внутри, скребло и ныло. Даже уважаемый им Семен летит узнаваемыми шагами к кабинету с явным желанием что-то сказать. И тема разговора, кажется, может быть только одной.

— «Илья, глянь, какие наимоднейшие туфельки я своей Лельке отхватил. Побегай, успеешь и ты купить».

— «Что, Лелька сама не купила бы эти туфли? Разве угодишь их брату?»

— «Ты что? Сама…Это же подарок. Внимание дорого. Знаешь, как она обрадуется, что у нее муж такой чуткий. Любить сильнее будет. Женщина — существо тонкое. Ей мало, что ты всю зарплату домой приносишь, ей внимание нужно!»

Праздник приближался. Илья чувствовал себя беспокойно. Видимо задели-таки само сердце слова Семена: «Внимание нужно»…И действительно, чуткий ли я человек? Цветы не дарю, целовать забываю. Валя давно заговаривает о цигейковой шубке, которую видела на подруге, а я и к разговору не подступаю. Да и что это: туфли, цветы. Дарить, так уж что-то существенное. Эту же шубку. Какая память будет.

И вот Илья решился, снял деньги с книжки, пошел в магазин. Но цигейковых шубок уже не было. Оставался один выход — ехать на толкучку. От тамошнего обилия товаров рябило в глазах. Чего только не продавали люди: старое барахло и тряпки, мебель, машины. Илье было не ловко. Он не разбирался в мехах: где искусственный, где натуральный. На краю торгового ряда он увидел девушку с висящей на плече шубкой. Мех переливался, искрился на солнце. Не останавливаясь больше, Илья направлялся к заветной цели.

— «Что за мех? Не цигейка случайно?»

В этот момент, безучастно стоявший у прилавка незнакомый мужчина вдруг оживился.

— «Хозяйка, почем твоя цигейка? Хочу жене купить».

Незнакомец подмигнул девушке и начал шелестеть купюрами. Илья понял этот жест мужчины, как задабривающий продавщицу. Авось, дешевле продаст. Илья понял, что шубка может «уйти» из его рук и вплотную придвинулся к прилавку, оттесняя незнакомца.

— «Извините, но я первый спросил. Девушка, за сколько вы продаете шубку?»

— «Даром отдаю. За сорок пять штук. Деньги очень нужны. Торговаться некогда».

Илья лихорадочно отсчитал сорок пять тысяч и забрал покупку.

Домой он шел гордый и довольный собой. От друзей Илья слышал, что такие шубки нынче за 60-70 тысяч продают, а тут такая удача, всего 45! По дороге он купил цветы и бутылку шампанского.

Жена задерживалась на работе, что позволило мужу накрыть праздничный стол и повесить покупку на плечики.

Валя была ошарашена. Цветы и шампанское пронзили женское сердце. Обняв мужа, она нежно сказала: «Спасибо». Илья объяснил, что главный сюрприз ждет в шкафу. Он добавил к горящему светильнику света, включив люстру, и достал искрящуюся шубку.

— «Носи. Ты давно мечтала от такой цигейковой шубке. И главное, совсем недорогая».

Валя замерла. Илья расценил это как глубокий восторг. Через некоторое время жена все же смогла открыть рот.

— «Так сколько же стоит такая шкурка?»

— «Мне дешевле продали, всего за сорок пять тысяч».

Валя побледнела еще больше, и чтобы не упасть, опустилась в кресло: — «Твоя цигейка и десяти не стоит».

Теперь замешательство перешло на сторону Ильи. Он мысленно прокрутил все, что произошло на толкучке. Неожиданно для себя появилась расшифровка подмигивания незнакомца продавщице. И раньше говорили, что мошенников на толчке более чем достаточно, но прозрение пришло слишком поздно. Праздник был испорчен, кажется основательно. Илья упал в стоявшее рядом с Валиным кресло и закрыл глаза рукой.

С. Скрипко. - 1991 г.