Друзья мои . Начинаю выкладывать главы своего романа. Интересны ваши мнения, рассуждения, критика. Можно писать о общем чате или на почту: luka-free@rambler.ru
ДЕСЯТЫЙ КРУГ
…И жил он в миру. В этом была его вина. Ибо каждый, кто живет, повинен в том. И пройдет каждый, что отмерено ему прожить. Ибо минуют этого только младенцы, не успевшие сотворить деяния и слово молвить.
Так несло его во тьму. Словно земля разошлась провалом бездонным как пещерой в центр земли. И не ведал он куда летит. Ибо падал он в бездну. Словно провал, что горизонтом тянется совершенно прямой и уже не вниз, но вдаль. Одни стены окружали его каменными отвалами и уступами. Так и свод каменный окружал его парящее сознание со стороны каждой и увлекал. Но не мог он понять дали полета своего во тьме, но была в той темноте видна точка света. Тем манила она, и было вожделенным местом для бытия его.
И жаждал он знать, что там. И какие страхи сбудутся или знания ожидают каждого попадающего в объятья того света, ибо никто не ведает знаний тех. Так свет приближается с мгновением каждым. И превращался тот свет в ореол, словно яркое вожделенное яблоко прибавляет в своем размере. И чудеса творились в том приближении. И вырос свет до размера входа в пещеру, и дома, и дворца, и горы самой великой и недосягаемой.
И принял свет в себя прошедшего сквозь землю. И окутал лучами своими, словно крыльями обнимает вновь прибывшего и в одно мгновение переносит в мир свой.
Свет тот, но уже словно вселенский шатер куполом небесным нависает над каменистой пустыней. Этой пустыни не видно края. И только суховей и нескончаемое количество камней окружают его. И кроме тех камней нет другого, что бы видел он.
Но идет к нему человек высокий. Белый плащ на плечах его. Лицом строгий. Не смотрит он на вновь входящего в мир этот. Только пугает видом своим и молчанием. Но видит в нем иное. Словно жизнь вся от мига рождения предстает чередой картин пред глазами высокого человека.
Но нет страха к нему. И нет доверия к нему. Ибо он, как суд высший смотреть на всякого назначен. Ибо и есть он суд высший над несчастным и вновь попавшим в обитель сию.
И суд тот без чувств и осуждения, без симпатий коих людям присущи. Но не хладно, а душой пристрастных к иным.
А кто ждал возмездия ‑ удивлен будет. Ибо демоны слетаются за душою новопришедшего. Видом своим демоны страшны как звери лесные с обликом волка и крыльями летучей мыши, но без шерсти, а с кожей тонкой и прозрачной.
И кружили два демона над несчастным желая забрать его. Ибо долю грешника они видели страшную и участь его мучительную готовы были воздать по заслугам земным. Но не смели забрать его до знака перста указующего, что справедливостью выказан будет.
И поднял руку высокий человек и протянул ее несчастному с призывом идти под власть его. Только не расстояние разделяло их, но время.
И мыслил в отчаянии он. И страх, и паника овладело разумом его. И вспомнил он все грехи свои и искал среди деяний земных дела добрые людям. И обратил мысли свои в мольбы о пощаде и смирении.
И услышаны были мольбы его. Так предстал вдали образ светлый, добро и надежду источающий.
Поступью легкой, словно паря и камней на тверди не касаясь приближался он плавно. Но поспешая, ибо прибывший уже обрел охотников за ним.
И встал он между ними. Между Справедливостью и повинным, словно любовью защищая оного. Так несчастный обретал надежду, коя сменяла страх и смятение, и даровала ему веру в светлое и защиту его.
И шел высокий человек, растворяясь в сумраке, который был разрезан рекою, не глубокой, но бурной водами бегущими. И нельзя было пройти эту реку дважды, ибо воды уносились вдаль стремительно, словно время утекает в прошлое без возвращения.
Так шаг ступив, обреченный познал легкость, и покой завладел им. Ибо река потоком воды не явилась преградой, но была рубежом.
И дорогу указывал светлый образ Любви впереди парящий.
И был им спутником суховей в куполе зноем томящий. Шли они по пустыне, но иные горизонты сменили равнину, и холмы срывались обрывами и низкими долинами песчаными.
Предисловие:
Моя студенческая молодость была сплошным погружением во все тяжкие грехи. Мне казалось, что только такой образ жизни позволит захватить ту маленькую толику радости, которой наполнена наша жизнь, и если не окунаться в сумрачные процессы, то все пройдет мимо.
По сути, жизнь и так проходила мимо. Бурные застолья сменялись тихими попойками. Романтические свидания заменялись мелкими взаимоотношениями со случайными женщинами. Все перемешалось: не нужные поездки, пустые встречи, пропитые финансы, упущенные выгоды и самое главное практически угробленное высшее образование.
Мой девиз так и настиг меня своей волной, долетевшей из-за бугра еще с далеких шестидесятых: секс, наркотики, рок-энд-ролл.
Но в реалиях все было шире. Хиппи – дети цветов. Люди, которым кроме секса, кайфа и музыки нужен был еще мир. Они за него голосовали. Точнее примитивно уклонялись от призыва на Вьетнамскую войну. Меня же даже в армию не стали брать. Отсрочка призыва для студентов. Хотя может это спасло меня от первой Чеченской. Но разве спасла меня эта военная амнистия от порочного прожигания собственной жизни?
Пять лет института пролетели как пять минут. С грустью смотришь назад и понимаешь, что все впустую. Смотришь вперед и ничего не видишь. Дорог много, а путь никуда не ведет. Но было одно обстоятельство: природная жажда познания. Это мое качество не оставило меня на обочине жизни. Работа оказалась чуть интереснее, чем учеба. Работы было много. Все нервное. Все на стрессах. И опять стресс снимался самыми экстремальными способами. Ежедневно.
На рубеже тридцати лет привычка выпивать находила только одну внятную отговорку: пили мы только элитные напитки, курили только проверенную дурь, спали только с использованием презервативов. В общем, поступали, как нам казалось, очень даже разумно. Но сон с каждым разом приходил все труднее. А обрывался в самом разгаре и требовал много влаги внутрь организма. Утро наступало тяжело и медленно. День тянулся бесконечно, и только вечер пролетал в очередном баре как молния, унося все заботы и усталость. В какой-то момент сна не стало совсем. Я бродил по пустой квартире до пяти утра. Вставая и по нескольку раз за ночь принимая душ. Но все впустую.
В конечном итоге я сорвался.