Это продолжение цикла статей о путешествии. Начало здесь. Предыдущая статья здесь.
В 1386 году Джан Галеаццо Висконти исполнилось 35 лет. Его держава была сильна, его планы были громадны. Но была одна проблема, хорошо знакомая многим монархам того времени: отсутствовал наследник. Три сына от первой жены, Изабеллы Валуа (дочери короля Франции Иоанна II Доброго, который умер в английском плену, и племяннице императора Карла IV, который известен всем, кто был в Праге) так и не дожили до совершеннолетия, а вторая супруга, Катерина за шесть лет брака смогла родить только дочь, которая тоже долго не прожила.
И стал молиться будущий герцог Деве Марии, чтобы она дала ему наследника. И пообещал он построить ей храм огромный и прекрасный из белого мрамора. И начал он строительство храма и, когда стены лишь слегка поднялись над поверхностью земли, сжалилась над ним Дева, и Катерина родила сына (1388).
Сына назвали Джованни Мария. Понятно в чью честь. И пообещал благодарный Джан Галеаццо, что в имени всех его потомков будет присутствовать имя богородицы. И спустя четыре года на свет появился еще один наследник - Филиппо Мария (1392). Не знал счастливый отец, что на этих двух сыновьях его династия закончится, а собор будут строить почти шесть веков.
Эту версию возникновения идеи нового собора я встретил только в книге Мортона, но она выглядит весьма правдоподобно.
В других источниках говорится о том, что Джан Галеаццо мечтал стать королем Италии и создать державу, которая станет в один ряд с Францией и Англией, а строительство собора должно было продемонстрировать его амбиции. Рассказывают и о том, что это был подарок жителям Милана, пострадавшим от тиранического правления Бернабо Висконти. Вряд ли имеет смысл спорить с тем, что и эти причины тоже были (или могли быть). Но мы ведь знаем чье имя носит собор. А традиция добавлять имя богородицы к имени всех детей сохранилась не только у Висконти, но и перешла к Сфорца. Вспомните: Бьянка Мария, Галеаццо Мария, Джовани Мария, Людовико Мария...
Место, на котором стоит собор сохраняло свой сакральный статус на протяжении многих веков. В римские времена здесь был храм Минервы, а до этого кельтское святилище. К моменту начала строительства здесь было целых два собора: зимний - Санта Мария Маджоре и летний - Святой Феклы. Они были построены в 4-ом веке и перестраивались позже, то есть простояли на этом месте уже больше тысячи лет! Для возведения нового собора оба храма пришлось снести.
Изначально строительство инициировал архиепископ Антонио де'Салюцци после обрушения кампанилы (колокольни) одного из старых соборов. Население поддержало инициативу церковного иерарха. Это не отменяет все вышесказанное, поскольку вскоре Джан Галеаццо взял управление строительством на себя и изменил проект на более амбициозный. В частности, в качестве основного материала вместо кирпичей был предложен мрамор из карьеров Кандольи.
Первым строителем собора был Симоне д'Орсениго. Затем приглашались архитекторы из Франции и Германии, но им было трудно сработаться с ломбардскими мастерами, привычные методы которых отличались от предлагаемых иностранцами. Таким образом, заальпийские архитекторы хоть и внесли свой вклад в грандиозный проект, в Милане долго не задержались.
Около 1393 года строительство возглавил Джованнино де Грасси (ок. 1350-1398), который известен не только как архитектор и скульптрор, но и как художник, создатель миниатюр. В Национальной библиотеке Флоренции хранится молитвенная книга Offiziolo di Gian Galeazzo Visconti, датируемая 1370 годом. Важным образцом искусства поздней готики считается также его блокнот (Taccuino), который хранится в библиотеке Бергамо. Он содержит сцены из повседневной жизни и изображения животных.
В 1418 году папа Мартин V, на своем долгом пути в Рим из Констанца, где он был избран на Вселенском соборе, остановился в Милане и освятил алтарь недостроенного храма.
Почти полвека (примерно с 1400 года) стройка велась под руководством Филиппино дельи Органи. Он был уволен в 1448 году республиканским правительством.
Во времена Сфорца строительство возглавляли Джованни Солари (1400-1482), его сын Гвинифорте Солари (1429-1481) и Джованни Антонио Амадео (1447-1522). Все трое известны также работой над знаменитой Павийской Чертозой.
Этот картезианский монастырь расположен по дороге из Павии в Милан, служит усыпальницей миланских герцогов (в частности, Джан Галеаццо Висконти, Людовико Сфорца) и считается одним из лучших образцов ломбардской архитектуры, сохранившихся до наших дней.
Еще один шедевр Амадео - Капеллу Колеоне, нам предстояло увидеть через несколько дней в Бергамо.
В первые два года (1452-1453) Джованни Солари помогал уже хорошо нам знакомый Антонио Филарете, а Амадео привлекал в качестве консультантов Леонардо да Винчи и Донато Браманте.
В 1567 году архиепископ Карло Борромео (1538-1584) решил возобновить активные работы по строительству собора, во главе которых он поставил Пелегрино Тибальди (он же Пелегрино Пелегрини, 1527-1596). Этот архитектор и художник, получивший образование в Болонье, известен фресками во дворце Поджи (Болонья), росписью библиотеки Эскориала, грандиозного дворца Филиппа II недалеко от Мадрида. Он же, как мы помним, построил и базилику Святого Гауденцио в Новаре.
В 1577 году Борромео освятил собор. Пелегрино продолжил работу над внутренним убранством и предложил проект фасада в романском стиле (1580) с колоннами, обелисками и большим тимпаном (треугольным фронтоном).
Проект не был реализован из-за смерти Карло Борромео. К руководству строительством приступил соперник Тибальди - Мартино Басси (1542-1591), которого пригласил папа миланского происхождения Григорий XIV.
В начале 17-го века архиепископ Федерико Борромео (1564-1631, в должности с 1595), двоюродный брат Карло Борромео, инициировал работы по проекту Франческо Мария Рикини и Фабио Мангоне, которые предложили фасад в стиле барокко. В 1649 году новый архитектор Карло Буцци принял решение вернуться к готическому стилю и возвести по бокам две колокольни.
В первой половине следующего века было предложено еще несколько проектов, но ни один из них не был реализован.
В 1769 году Франческо Кроче завершил строительство главного шпиля собора высотой 108.5 и через пять лет над собором вознеслась четырехметровая статуя Девы Марии из позолоченной бронзы работы Джузеппе Перего.
La Madonnina, как ее называют миланцы, стала символом города. Долгое время действовал запрет на возведение зданий выше уровня статуи. Когда в 1960 году построили башню Пирелли, нарушающую этот запрет, то на ее крыше поставили точную копию Мадоннины. Делалось ли что-то подобное при строительстве небоскребов квартала Porta Nuova и других миланских высоток, не сообщается.
В 1805 году по требованию Наполеона Бонапарта начались работы по завершению фасада собора, которые возглавил Джузеппе Дзанойя (тот самый, который построил Porta Nuova, 1752-1817). Дзанойя был не только архитектором-неоклассиком, но и священником (каноником), а также поэтом. Он дружил с Джузеппе Парини, чей памятник мы видели на Via Dante.
В 1813 году эпопею с фасадом, наконец, завершил другой архитектор-неоклассик Карло Амати (1776-1852). Карло, кстати, тоже был знаком с Джузеппе Парини, который преподавал ему в Академии Брера. В скульптурном оформлении фасада участвовал Луиджи Аквисти, автор многих барельефов и скульптур Арки Мира.
На протяжении всего девятнадцатого века доделывались шпили и другие декоративные элементы.
Последние бронзовые ворота собора были готовы в 1965 году. Это считается датой окончания строительства.
Архитектура собора удивительном образом сочетает вертикальность, устремленность в верх характерную для европейской готики и горизонтальность, протяженность ломбардского стиля.
Любопытно также, что концепция собора возникла в эпоху поздней готики, а ее реализация завершена в период, когда в моду вошла неоготика.
Продолжение здесь.