Когда человек рождается, Бог шепчет ему на ушко, кем он должен стать.
Он впервые слышал эту мелодию, но откуда-то знал, как она должна звучать дальше.
Бог шепчет шепотком, а человек потом слышит музыкой.
Человек шел по асфальтовой дороге, его ждали обычные привычные вечерние дела – магазин, потом еще один, дом, быстрый ужин, лента жирных новостей, от которых тяжело оторваться, покурить на балконе с кофе, посмотреть на ночное небо, вспомнить о завтрашнем дне, зачем-то вздохнуть и пойти скорее спать.
Человек шел и остановился у последнего светофора, сразу за перекрестком был уже его дом. Взгляд замер. Эти 30-40 секунд ожидания такие неловкие, они как бы ничего не дают и не берут, человеку в них неудобно – великую мыль не подумать, не позвонить, не почесаться, куда-то себя нужно деть от этой неловкости – кто-то вот так замирает типа ну ладно, меня сейчас нет. Взрослые люди скучно играют в игру «Замри-отомри».
Загорелся зеленый. Все пошли на другую сторону. А человек остался на месте. Он услышал нечто. Нечто такое, что вывело его из маскировочного оцепенения. Человек ожил. Но остался стоять, боясь потерять эту мелодию из внимания. Она была тонкой, чуть уловимой, неузнаваемой, но очень знакомой. Это особое состояние встретиться с чем-то очень знакомым, но совершенно не помнить – что это, как это назвать, откуда это. Оно щекочет, ускользает, дразнит знакомыми образами, и снова становится неуловимым. Человек вспоминает, что он точно напевал это на уроках музыки, так между делом. Но эту мелодию не включали, не играли и не пели. Она была словно его собственной. Но когда и как она стала его? Он даже помнил случаи, когда мелодия приходила и так же внезапно исчезала, и как он ни пытался ее заново напеть, она не получалась. И это не причиняло страданий, ну вспомнил – ну забыл. Но не сейчас. Сейчас ее нельзя было потерять.
Человек продолжал стоять у края дороги, не решаясь идти домой. Он точно знал, еще шаг вперед – и он упустит это звучание. Упустит, забудет, заспит. Идти нужно было в другую сторону. Медленно осмотрелся. Справа увидел скамейку, слева дорогу в парк. Пошел налево. Удерживая всем собой струну мелодии. Все его существо разделилось – одна часть пыталась запомнить, придумать шифр, ассоциации для череды звуков, а другая часть концентрировалась на самой мелодии, не отпуская ее, купаясь в ней и наслаждаясь длением этого процесса. Впервые за много лет ему стало легко и радостно просто так. Как будто попал в любимую деревню в жаркий зной; свобода - и ты предоставлен сам себе. Человек улыбнулся, сел на скамейку и все-все-всё понял…
Продолжение следует.