В моем детстве было принято отдавать детишек в музыкальную школу, художку и куда-нибудь ещё, чтобы развиваться. Поймите меня правильно, я это поддерживаю и рада тому, что у меня была такая возможность. Более того, моим самым большим разочарованием детства была невозможность совмещать ту самую музыкалку с художкой, в результате чего от последней пришлось отказаться. Но сейчас не об этом.
Недавно, будучи только в начале нашей бесконечной домашней вечеринки, которая длится уже почти 2 месяца, мне попалось видео о тех, кто проходил в музыкалку долгие 5-7 лет в зависимости от инструмента, но так и не научился свободно "говорить" на языке музыки. Ничего не напоминает? Меня вдруг осенило. Боже, да это ведь история школьного английского. 11 лет ужаса, которые заканчиваются одной единственной фразой.
Моя музыкальная история была не самой счастливой. Учителя менялись каждый год. Это были сильные учителя, как принято говорить. Я сидела над ненавистными этюдами и Бахом, который до сих пор в анти-топе композиторов. Иногда я получала по пальцам. Бывало, что мне говорили прямо, что "ну это же невозможно! как так можно играть!". У меня очень хороший слух. Учителя - сильные. Та же история случилась и с учителем по английскому языку. В чем тогда проблема? Проблема в том, что мне не хватало свободы, того самого индивидуального подхода.
Это может звучать забавно, но, учитывая, что мне лично приходится иметь с этим дело в силу своей деятельности, иногда хочется кричать: "Услышьте ребенка! Посмотрите на него!". Помните сборник упражнений по грамматике английского языка Голицынского? Я его ненавидела до глубины души, да и сейчас он не вызывает у меня восторга, хоть я и понимаю, что для автоматизации грамматики - это клад. Примерно с той же силой мне был ненавистен учебник по сольфеджио. Один его вид вызывал у меня тоску. А ведь смысл тот же - музыкальная грамматика. Разучивание временных форм в этой методике не давало мне свободы развития и понимания сути того, что я учу, как и зазубривание обращения трезвучий. Почему-то все просили это всё выучить, но не говорили, что это вообще-то может быть интересно и применимо к реальности.
Моя последняя учительница стала для меня глотком свежего воздуха. Я не могла играть Баха, и после месяца мучений и решительного отторжения он был заменён на Арама Ильича. Мы уходили из школы последними. Я полюбила то, что делала. Я поняла то, чем я занималась. В том же ключе завершилось мое школьное обучение английскому языку, когда я получила свободу уклонятся от учебника, искать что-то свое.
Я знаю, что многие скажут, что в условиях огромного класса индивидуальный подход - невозможен. Возможно, но ничто не мешает нам, взрослым, просто сказать ребенку, что у него всё получится, показать ему, как может быть хорошо, когда он научится чему-то новому, потому что нет ничего хуже, чем маленький человек, который не верит в собственные силы.