Воспитанию подрастающего поколения при социализме предавалось огромное значение. Однако и в СССР иногда случались накладки. Не такие, конечно, как изображённые на плакатах ко Дню Победы гитлеровские солдаты, лётчики, танки и самолёты, но... Так, в более чем пятичасовой киноэпопее 1985 года о Великой Отечественной войне советского батального режиссёра Юрия Озерова «Битва за Москву» есть показательный эпизод, когда немецкий генерал напутствует французов на Бородинском поле. В аннотации к экранизации с гордостью было заявлено, что в двух фильмах киноэпопеи нет вымышленных персонажей, все герои — только реальные люди с конкретными биографиями, а все события — исключительно исторические.
За кадром
Оставим истории защитника Брестской крепости комиссара Фомина, панфиловца политрука Клочкова, «партизанки» Зои и других героев. Судьба каждого заслуживает отдельной главы. Меня, выросшего на Бородинском поле, где в 1970-е в «День Бородино» подростками мы поднимали стаканы портвейна с первым тостом за победителя Бородинского сражения — за Наполеона, особо заинтересовал один факт, кстати, отражённый в вышеназванной советской киноэпопее: немецкий генерал напутствует на Бородинском поле французов, приехавших воевать против большевиков-красноармейцев. Неужели?
Про французов и Бородино
Отрицать, что французы были на Бородинском поле, глупо и антиисторично. Они действительно там были. И в 1812-м, и в 1941-м. Но если армия М.И. Кутузова дала французам бой и оставила поле, то 5-я армия Д.Д. Лелюшенко Западного фронта принявшего командование
Г.К. Жукова, оставила Бородинское поле ещё до прихода на него французов. За что первый и был снят. Отсюда подробно и в хронологическом порядке.
Когда Гитлер неожиданно для Европы напал на СССР, там поднялась волна. Поскольку идея порабощённой гитлеровцами Европы подняться с колен была неосуществима, взоры прогрессивного человечества устремились на то, как бы разделаться с другим всемирным злом — большевизмом. Многие были уверены, что если с Гитлером можно хоть как-то договориться, то со Сталиным — никак и никогда.
Спустя две недели после объявления войны СССР, 8 июля во Франции был объявлен набор добровольцев в «Легион борьбы с большевизмом» (фр. Légion des Volontaires Français contre le Bolchévisme, LVF) (ЛФД) и открыт первый пункт рекрутирования. В первые же дни заявки в «Легион борьбы с большевизмом» подали 13 000 добровольцев, из которых отобрали всего 5800. Для сравнения: в Великобритании в 1940 году в ряды «Свободной Франции» для борьбы с национал-социализмом подали заявки менее 7000 добровольцев. Днём образования Легиона записано 27 августа, когда первые волонтёры прибыли в казармы Борни-Деборд в Версале.
Организаторы набора: лидер Франсистской партии, кавалер ордена Почётного легиона Марсель Бюкар, бывший член ЦК французской коммунистической партии, лидер Французской народной партии Жак Дорио, лидер Движения социальной революции Эжен Делонкль, основатель Французской национально-коммунистической партии Пьер (Франсуа-Антуан) Клементи и лидер «Французской лиги», журналист Пьер Костантини добились создания в рамках вермахта французского добровольного формирования для борьбы против большевиков, которое не преследовало захватнические цели. Их целью было уничтожение большевизма в зародыше.
Приказы в легионе отдавались на французском и сражались легионеры под французским знаменем.
Теперь внимание. 10-танковая дивизия вермахта и 2-я танковая дивизия СС «Райх» начали наступление на Бородино 13 октября. Спустя три дня «широкоплечие бойцы» 17-го стрелкового полка майора И.Н. Романова
32-й кадровой Краснознамённой стрелковой дивизии полковника
В.И. Полосухина, «одетые в шинели, меховые шапки и валенки», понеся значительные потери, оставили Бородинское поле противнику, а
18 октября — Можайск. При этом два батальона французских легионеров, ставших 638-м пехотным полком вермахта, прибыли под Смоленск лишь в ноябре. За то время, пока французские добровольцы совершали до Бородино 275-километровый марш-бросок, 400 из 2352-х получили обморожения различной степени, да и фронт продвинулся на десятки километров на Восток, к Москве. Так что воевать землякам непобедимого Бонапарта при Бородино было не с кем. А как же сюжет киноэпопеи?
Родители фейка
Генерал-фельдмаршал вермахта Гюнтер фон Клюге действительно обращался с речью к французским легионерам, есть даже фото, подтверждающее данное событие, но датировано оно концом ноября. Местность до боли напоминает холм в деревне Горки, где 26 августа 1812 года располагался командный пункт М.И. Кутузова. Также в архивах сохранилась фотография фон Клюге, запечатлённого на Бородинском поле возле памятника 23-й пехотной дивизии генерала Алексея Николаевича Бахметьева 3-го (1774—1841), установленного в тылу «Батареи Раевского».
Ответ на вопрос, почему советский режиссёр соединил место и время, можно найти в отчётах, написанных в 1946—1948 годах в американском плену по заданию министерства обороны США семью германскими генералами, шесть из которых представляли Генеральный штаб вермахта, а именно, в статье генерала пехоты Гюнтера Блюментрита (нем. Günther Blumentritt, 1892—1967) о Московской битве. Начальник штаба IV армии полковник Блюментрит в 1941-м воевал под Москвой, за что был награждён Немецким крестом в золоте, однако спустя несколько лет вольно или невольно исказил Историю. В конце 1956 года показания генералов вышли в США отдельной книгой под названием «Роковые решения» (The Fatal Decisions). В 1960-ые с переведёнными на русский текстами смогли ознакомиться генералы и маршалы в СССР. Поскольку в советских источниках информация, подтверждающая или опровергающая данный факт, отсутствовала, фальсификацию, естественно, без ссылки на источник, растиражировали советские военачальники в своих мемуарах. От одного из них фейк перекочевал в сценарий маститого режиссёра, на съёмочную площадку и на экраны.
Именно благодаря Юрию Озерову видевшие войну только в кино советские зрители узнали, что во Вторую мировую французы воевали не только в «Нормандии-Неман», но и по другую сторону. Кстати, только потери французского добровольческого 638-го полка под Москвой в пять раз превысили численность всех французских лётчиков «Нормандии».
***
Количество французов только из Эльзаса, сложивших свои головы под знаменами Третьего Рейха, не считая потерь французских добровольческих формирований СС и вермахта на Восточном фронте, составляет 40 000. Количество французов, павших в рядах Сопротивления, — 20 000. При этом Франция имеет статус члена антигитлеровской коалиции и государства-победителя. Комичным выглядел момент, когда при подписании капитуляции начальник штаба оперативного руководства Верховного командования вермахта генерал-полковник Альфред Йодль, увидев заместителя начальника Штаба национальной обороны Франции бригадного генерала Франсуа Севеза и людей во француской форме, точно зная, что французы воевали на стороне Третьего Рейха, спросил:
«А эти, что, тоже нас победили?»