Они были заняты каждый своим. У него - всепоглощающая работа, забирающая все силы и эмоции, у нее - хобби, оторваться от которого она не видит смысла, да и не сможет долго без него. Но их так тянет друг к другу.
Ночные переписки без намёка на романтику, но при этом такие тёплые и важные. Бесконечный поток мыслей, воспоминаний и недавний поцелуй на губах. Запах в волосах. И смятая футболка, которая идеально сидит на обоих.
Все это подталкивало на новые встречи. Но пары часов в день им было мало. Они могли все это время говорить без умолку. Перебивая друг друга от огромного потока информации, которую хочется донести до такого родного собеседника.
Несмотря на сложности, обстоятельства и прочую терзающую муть, она решилась остаться у него на ночь. За день они оба вымотались и как же было в кайф лежать на полу, глядеть в потолок, держаться за руки и просто молчать. Изредка пытаться поймать его или ее дыхание и постараться дышать в унисон. Просто так. Для большего драматизма.
А потом была кухня. Обычная такая. Крошечная кухня советской хрущёвки. В которой они двое едва помещались со своими тайнами, откровениями и палящими искрами желания.
Была открыта вторая бутылка красного. И тишины становилось все больше. Она заполняла собой оставшиеся сантиметры. Стулья скрипели под тяжестью их самой главной тайны. А бокалы опустошались с невиданной скоростью.
Потом была кровать. Они просто лежали в обнимку. Ловили момент и каждый был погружен в свои мысли. Им было уютно и комфортно. Они боялись лишний раз прикоснуться друг к другу, чтобы не спугнуть сон. И бережно относились к комфорту и желанию крепко уснуть. Они не мешали друг другу, но уснуть все равно не получалось.
Ранним утром она стояла на кухне и заваривала крепкий кофе на двоих. Пока он был в душе она решила сходить на балкон и сделать пару затяжек вместо завтрака. Она мысленно выстроила день. Включить музыку, постоять в планке, немного взбодриться, позавтракать, приготовить ему борщ, максимально сблизиться с ним и после обеда поехать домой и снова погрузиться в хобби и заранее прописанные дни.
Вернувшись с балкона она включила музыку и уже собиралась приготовить завтрак, но в домофон кто-то позвонил. Он вышел из ванны, снял трубку, немного помолчал, а потом резко ответил "нет" и повесил трубку обратно.
Ей сказал, что кто-то звонил под видом почты и он не открыл. Она поспешила поведать о своем плане на день, как вдруг он изменился в лице, настроение явно ухудшилось, и он поспешно вышел из кухни.
Она уже успела привыкнуть к его довольно вспыльчивому характеру, поэтому не придала этому моменту особого значения. Но вернувшись из комнаты он сказал ей, что борщ готовить нет необходимости, да и вообще завтра рабочий день, надо бы отдохнуть, бессоная ночь сказалась и на настроении в том числе.
Без лишних вопросов и пререканий она молча ушла на балкон за сигаретами. Дрожащими руками она прикурила и посмотрела вдаль. Что случилось и почему его настрой так резко изменился, было не понятно. Уже собиралась потушить сигарету, как увидела внизу, недалеко от дома их общую знакомую. Она ходила туда сюда явно кого-то ожидая и постоянно заглядывала в телефон. Кажется, эта девушка ждёт его. А точнее, когда гостья уедет от него.
Она собрала вещи и не подала вида, что ее что-то беспокоит. Просто натянула улыбку и пошла обуваться. Он решил отвезти ее домой. Пока спускались по лестнице он не отрывался от телефона, видимо писал знакомой, чтобы не светилась у подъезда...
Всю дорогу они ехали молча. Он был зол и напряжен. Это ощущалось и по стилю вождения и по молчанию в машине. Слишком тяжёло нависшему молчанию.
Вернувшись домой он написал ей короткое "я дома и я спать". Она лишь ухмыльнулась в ответ представляя, как они сейчас будут спать. А ведь у них все так хорошо начиналось. Хоть и внезапно, но с таким трепетом. С такими искрами. И даже с желанием приготовить самый вкусный борщ на земле.