«…Юноши, где только предоставляется случай, воруют продовольствие, обучаясь таким образом нападать на спящих и ленивых стражей. Попавшихся наказывают голодом и поркой. Обед у них такой скудный, что они, спасаясь от нужды, вынуждены быть дерзкими и ни перед чем не останавливаться.
Вот чем объясняется недостаток питания: оно было скудным для того, чтобы юноши привыкли к постоянному голоду и могли его переносить. Спартанцы считали, что получившие такое воспитание юноши будут лучше подготовлены к войне, так как будут способны долгое время жить почти без пищи, обходиться без всяких приправ и питаться тем, что попадет под руку. Спартанцы полагали, что скудная пища делает юношей более здоровыми, они не будут склонны к тучности, а станут рослыми и даже красивыми. Они считали, что сухое телосложение обеспечивает гибкость всех членов, а грузность и полнота этому препятствуют».
Эти слова принадлежат знаменитому Плутарху. Почти через 2000 лет о спартанцах заговорил Президент России Путин. Необходимо отметить, что до этого Владимир Владимирович никогда не упоминал в своих выступлениях Древнюю Спарту. А сейчас, во время борьбы с коронавирусом, Президент произнес следующие слова: «Говорят, что в древней Спарте больных, увечных детей сбрасывали со скалы Тайгет, правда, сегодня историки, археологи полагают, что это только легенда, миф. Но мы знаем, что общество Спарты действительно было построено на жестких порядках, однако ей это не помогло, и, в конечном счете, она утратила свою государственность».
Интересно, что в первой части своего послания Путин сослался именно на Плутарха. Это он, древнегреческий мыслитель, живший во второй половине первого – начале второго веков нашей эры на просторах Римской империи, в момент её могущества оставил нам предание о том, что спартанцы убивали своих увечных от рождения детей.
Уже во второй части своей речи о спартанцах Владимир Владимирович присоединился к мнению ученых – по всей видимости, в реальности этого не происходило. Фиксируем – поддержка мнения современных ученых не помешала президенту России негативно высказаться в целом о спартанском государстве.
На первый взгляд смысл высказывания понятен. Со стороны простых людей и ряда экспертов (вполне возможно, кто-то и из ближайшего окружения президента отстаивал подобную позицию) было очень много критики политики государства в борьбе с эпидемией коронавируса. Суть этой критики проста – от коронавируса умирает не очень много людей, в основном пожилые с хроническими заболеваниями, поэтому не имеет смысла останавливать экономику страны ради таких «увечных» (кроме «увечных» спартанских детей Путин вспомнил рассказ Джека Лондона про народ, который убивал своих стариков) – от подобной остановки все пострадают гораздо больше.
Казалось бы, ради борьбы с подобными «критиканами» и приведена для исторического примера Спарта.
Но, как уже было сказано, Президент России сам же и уменьшил силу этого аргумента. Дескать, и он сам прекрасно знает, что этого в реальности не было.
Тогда возникает вопрос, а зачем вообще было ссылаться на такой исторический прецедент? Что, помощники Путина не могли найти ничего более бесспорного?
На мой взгляд, подобное нивелирование произошло сознательно. Для того, чтобы была понятна вторая часть послания о Спарте – не смотря на жесткую структуру, на военный характер этого государства, оно погибло.
Здесь можно задать второй вопрос: кому же адресует это «историческое послание» наш президент? Адресат его становится ясным, если вспомнить, что за пару недель до этого известный идеолог и политолог Дугин (чьи идеи очень популярны у российских силовиков) высказался о том, что коронавирус полностью разрушает прежний мир, и если Россия первой построит новую модель общества – военно-социалистическую, то она будет доминировать в новом мире.
С нашей точки зрения, неважно, сам ли Дугин выдвинул эту идею или просто её озвучил, но его выступление стало проявлением воли российских силовых структур. Они хотят окончательно сбросить с российского политического пьедестала экономистов-финансистов («половцев и печенегов», несколько десятилетий доминировавших в российском государстве – см. статью «Путин и история. Часть 1»). Очевидно, вариант перехода на военно-социалистическую модель развития нашего государства и лег на стол нашего президента. Именно в ответ заказчикам и разработчикам этого проекта прозвучали слова Путина о Спарте.
Краткий вывод: можно понять, что в данный момент наш Президент не поддерживает подобный переход. Но появление такого проекта, на который реагирует в публичном выступлении перед всей страной Путин, показывает нам, насколько выросло значение силовых структур в российском обществе за последнее время. Особенно после победы в Сирийской войне.