Давление городского шума на уставший от безысходности мозг пробило последний оплот психологической обороны. Теперь, совершенно нагой, я встал пред оскаленной пастью урбанистического демона, и приготовился.
До срыва осталось 5.. 4.. 3.. 2... Стоп!
К моим обонятельным рецепторам подкрались едва заметные нотки хвои. Где то рядом парк. Эти нотки были слишком слабы, для того чтобы наполнить меня покоем, но достаточно сильны, чтобы я услышал их зов : "Пойдем с нами, дитя. Здесь ты больше ничего не сможешь сделать.". Не имея ни сил, ни желания им перечить, я пошел за ними, и демон отступил.
Я зашел в парк, и поспешил снять обувь. Ласковая, но еще прохладная земля высказала мне свое приветствие языком непонятных, но до боли знакомых тактильных ощущений. Я вдыхал полной грудью, позволяя состоянию опьянения от всего происходящего поглощать меня. И ко мне вернулось зрение. Ко мне вернулся слух. Ко мне вернулась память. И голос. Мой сильный, и звонкий голос. Не имея возможности сдерживать его натиск изнутри, я дал ему волю вырваться. И он вырвался, превратившись в громкий и раскатистый смех. Взлетев гордой птицей к небесам, он растворился в них. И я растворился вместе с ним.
Я сидел прислонившись спиной к сосне, когда ты подошел ко мне, и спросил сколько сейчас времени. Признаюсь честно, твой вопрос поставил меня в тупик на секунду, но ответ сам вырвался из моих уст : "Уже почти.". Ты с такой силой бросил в меня непонимающий взгляд, что я чуть было не вскрикнул от боли, но сдержался. Ситуация требовала пояснений с моей стороны, и пояснения пришли. Я объяснил тебе, что время - побочный продукт восприятия, а восприятие - побочный продукт первоначального импульса жизни, который в свою очередь является побочным продуктом того, чему названия нету, и быть не может. Я объяснил тебе, что любой конфликт, будь это конфликт людей, или скажем урбанистического демона с мудрым духом леса, является лишь возможностью для прыжка в то самое место, у которого названия нету, и быть не может. Я объяснил тебе, что даже абсолютная тишина является шумом, а любой покой подразумевает беспокойство. Я рассказал тебе, как растут деревья, и рассыпаются камни. И это происходит мгновенно, так же как рушатся и рождаются цивилизации.
Ты продолжил кидаться в меня непонимающими взглядами, как любой неверующий кидает камнями в пророка. И тогда, вздохнув, я сделал то что должен был сделать. Я достал из кармана ластик, и стёр тебя. Абсолютно. Потом я стёр парк, город, планету.. И в конце концов я стёр себя.
Наконец то я дома.