Эта анекдотичная история сделала утро нашего офиса. Нам подарил её один старый водитель, забирающий кое-какую комплектацию для гидроустановки. Мы не знаем вчерашняя эта байка или сегодняшняя, но судя по живым эмоциям Горыныча, так в народе величают нашего рассказчика, память о ней свежа как глоток воды с похмелья.
Начиналось всё, как в сказке. Жила была бригада или… поехали мужики ночью лампочки на дорожных фонарях менять. Почему утра не дождались? Так ведь машин в это время на дорогах мало, и негорящие объекты сразу видно.
Как обязывает инструкция, их было трое: Горыныч за рулём и на автоподъёме, мастер Семён Семёныч, практикант его Никитка. Короче запали они на тёмный фонарь прямо в середине речного моста.
Обычное дело, конструкция виселицей «Г», схема типичная, напряжение стандартное, лампа под замену. Недолго думая, Горыныч подогнал дребезжащий драндулет к столбу. Свистать всех наверх! Но тут Семёныч показал свою самую нехорошую сторону. Нет, он не орал командирским матом, а мирно уснул в кабине. Зная друга, ребята понимали, что если мастера сморило, то дело нешуточное. Максимум, чем он поинтересуется после хорошей встряски, есть ли у них с собой или опять забыли, идиоты. Одним словом стоят двое под фонарём и гадают, как быть.
Горыныч предложил:
- Полезай один, раз мастер в отключке. Лампочку заменить – плёвое дело.
Стажёр согласился:
- Нет проблем! Хоть дюжину вкручу.
И полез ведь... Всё как положено по технике безопасности: подняли Никитку на нужную точку, он зацепил поясной карабин к перекладине виселицы, полез в карман за отвёрткой.
Дальше сюжет для Джеки Чана. Платформа уходит до самой земли прямо из-под стажёрских кроссовок. Внизу нервно скачет Горыныч, кроя недобрым словом пробитый (читай пропитый) шланг, вверху Никитос болтается опоясанный за подмышки – ситуация, одним словом.
Пометался шофёр вокруг столба, запрыгнул в кабину и кричит оттуда: «Ты пока тут повиси, а мы с Семёнычем на базу метнёмся, шлангу заменим. В полчаса управимся – береги тебя фонарь!».
С этими словами, он вжал педаль в пол и умчался в темноту.
Концовку истории ему дорассказал сам Никита, когда спустился на грешную землю. Поначалу он жутко струхнул, оставшись один на один с темнотой ночи, лунной дорожной над речкой и призрачной надеждой на помощь. Потом пацан расслабился, ведь по большому счёту не всё так плохо: страховка надёжная, фонарь не шатается, каска на голове. Он начал мычать под нос какую-то песенку и даже вспомнил про сигареты, предательски зажатые поясом в кармане.
И вдруг порыв ветра крутанул его в сторону дороги. Сердце сжалось в ужасе: в начале моста засверкали фары, послышался рёв дизеля – фура. Несколько секунд потребовалось бедняге, чтобы вспомнить школьную арифметику. Мозг мгновенно просчитал неизбежность столкновения: высота столба 6 м, минус 1.5 м провисания пояса, минус 1.5 м роста от подмышек до пяток. Остаётся всего 3 м. Фура высотой 3.5 м явно не вписывается…
Теперь представьте состояние водителя Паши, пролетевшего в считанных сантиметрах от пятой точки висельника, изо всех сил втянувшего в себя живот. Сильный мужик! Не сдрейфил, остановился метрах в двадцати от мистического зрелища, перекрестился и направился прямо к столбу, под которым зловеще поблёскивала масляная лужа. Задрав голову вверх, Паша, наконец, вышел из ступора и потянулся в карман за куревом. Он даже присел от неожиданных слов офонаревшего стажёра: «На мосту останавливаться нельзя!». Затем, вникнув в ситуацию, спаситель сдал фуру задним ходом, прикрыл пацана, включил аварийный сигнал и гомерически захохотал.
Спустя ещё полчаса на дороге показался Горыныч с исправной гидравликой и храпящим в такт мотора мастером. Стажёр был снят с небес, а в машине поселился запасной шланг. Эта быль или небыль лишний раз доказывает, что техника в руках дикаря — это кусок металла.