Я осторожно открываю картонную коробку и вижу щенка с бурой шерстью, забившегося в самый дальний угол. Он поднимает голову, смотрит на меня, смешно щурясь. Его влажный черный нос зашевелился. Щенок принюхивается.
Глаза малыша привыкли к свету и стали из тонких щелочек круглыми. Они еще по-детски мутные. Взгляд глупенький, ничего не понимающий и от этого щенка жалко, хочется приласкать.
Медленно просовываю руку в коробку, тянусь к пушистому щенячьему уху. И вот мой палец почти дотронулся до шерстинки, как щенок неожиданно и резко подпрыгивает, громко фырча. Он пыхтит, как потревоженный ежик.
Я одергиваю руку и улыбаюсь. Этот малыш, которому всего - то месяц от роду напугал меня - взрослую тетку. Подходит муж и тоже заглядывает в коробку, низко наклонившись над ней. Бурый комочек уставил на него свои круглые глазенки и четко произносит: «Ррррру».
— А ты уверенна, что это лисенок? Какой-то он совсем не рыжий, — говорит мне в самое ухо муж.
— Уверенна. Это щенячий пух. Потом порыжеет, — отвечаю я спокойно, но искорка сомнений запущенная в меня, стала потихоньку разгораться. «А что если и правда? — думаю я. — Обманули?».
Нужно рассмотреть щенка полностью, только тогда станет понятно кто это, но как вытащить его из злополучной коробки? Он обязательно укусит. Тут и к бабке ходить не надо. Знаю.
Положение и мои руки спасает муж, предлагая:
— А давай просто коробку поставим набок и все. Он сам выйдет.
Но щенок не хочет выходить, пыхтит и фыркает, стоя у задней стенки. Приходится его насильно вытряхивать на пол. Бурый комок съеживается, поджав под себя тоненький хвостик, отчего уменьшается почти вдвое. Но за эти доли секунды я успеваю разглядеть белый кончик на его хвосте и черные чулочки на лапках.
— Лиса! — уверенно сообщаю мужу, радуясь в душе, что нас не обманули.