Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

"Кому подарить литературную вечность?"

- Кому подарить литературную вечность? - спросил профессор Щукин. - Это дико просто. Всё, что надо делать, это записывать реальные истории реальных людей по темам. Но не генералов, актеров, певцов, а просто обычных людей. Например: двадцать историй женщин, отказавшихся от аборта. Или: двадцать историй людей, запутавшихся в кредитах. Или: двадцать историй людей, ушедших в монастырь. И так далее. Просто истории людей, без лишних соплей. Не слишком кратко, не слишком пространно и без лишних эмоций. Тут даже гением быть не нужно - просто честным трудягой и в литературе вы останетесь навечно. А заодно и в истории. - А темы вроде "Двадцать историй успеха"? - спросил аспирант Костя. Щукин чуть поморщился: - Тоже неплохо, но... м-м-м... тут уже пойдут неминуемые натяжки. Умный человек сразу их почувствует, а дураки книг не читают. Поэтому я бы особенно на такие темы не напирал. Узкие темы вернее и интереснее. Двадцать историй сапожников, двадцать историй девушек, вышедших замуж, двадцать со

- Кому подарить литературную вечность? - спросил профессор Щукин. - Это дико просто. Всё, что надо делать, это записывать реальные истории реальных людей по темам. Но не генералов, актеров, певцов, а просто обычных людей. Например: двадцать историй женщин, отказавшихся от аборта. Или: двадцать историй людей, запутавшихся в кредитах. Или: двадцать историй людей, ушедших в монастырь. И так далее. Просто истории людей, без лишних соплей. Не слишком кратко, не слишком пространно и без лишних эмоций. Тут даже гением быть не нужно - просто честным трудягой и в литературе вы останетесь навечно. А заодно и в истории.

-2

- А темы вроде "Двадцать историй успеха"? - спросил аспирант Костя.

Щукин чуть поморщился:

- Тоже неплохо, но... м-м-м... тут уже пойдут неминуемые натяжки. Умный человек сразу их почувствует, а дураки книг не читают. Поэтому я бы особенно на такие темы не напирал. Узкие темы вернее и интереснее. Двадцать историй сапожников, двадцать историй девушек, вышедших замуж, двадцать солдатских историй. Вот это будет в цель.

-3

- И всё? - спросила аспирантка Лена.

- Угу, - сказал Щукин. - Если мы берем, допустим, срез семнадцадцатого века... или шестнадцатого... или даже девятнадцатого, то понимаем, что из литературы исчезло 99,9 процентов игроков. От кого-то остались только строчки в справочниках, от кого-то и их не осталось. Даже классики, как это не грустно признавать, несколько замельчились. Это естественный процесс. Чем дальше вы от горы, тем гора кажется меньше. НО: это правило не распространяется на бытовые зарисовки.

-4

Все записанные истории с каждым годом становятся все ценнее и ценнее, потому что быт меняется, а потребность в осмыслении остается. Ну представьте себе реальную жизненную историю подмастерья начала девятнадцатого века, или девушки, которая прошла пешком до Троице-Сергиевой Лавры, честно описывая по пути всё, что она видела. Это будет вечным, потому что законсервировано правдой. И, кстати, журналы и сайты иногда охотно берут такие истории по темам... Причем уже сейчас, а не через сто лет. В общем, это самый верный путь!

Автор: Дмитрий Емец