Найти в Дзене
Изумруд

Вдруг я увидел, как передо мной задвигались и зашуршали камыши. Негодяй злобно захрюкал и бросился на меня

Случай в камышах. Рассказ (часть 2) Однажды, в середине марта, неожиданно выпал глубокий снег. Скот, пасшийся уже в горах, должен был вернуться в хлева, где вскоре кончился запас сена. В то время кол­хозов еще не было, а правительство было не наше. В деревне заправилой был Вартыван. Он накопил много золота, вы­строил себе хоромы и жил как ядрышко в скорлупе ореха. Осенью он руками батраков заготовил много сена и в эту трудную пору продавал его втридорога. А народ, отчаявшись, про­давал половину своего окота, чтобы купить сена и спасти этим оставшихся животных. Я говорю сыну: - Арут, сыночек, наш скот не выдержит, коли приходится покупать се­но горсточками. А этот бессовестный Вар­тыван, как видишь, забыл своего бога. Да­вай погоним скот к Куре, там теплее. Сказано - сделано. Я взял своего младше­го сына Абеля, и мы отправились. На четвертый день мы дошли до Акстафы и погнали скот в деревню Садалу, пря­мо к нашим знакомым тюркам. Они, как ты знаешь, летом поднимаются в горы, где мы
Оглавление

Случай в камышах. Рассказ (часть 2)

Однажды, в середине марта, неожиданно выпал глубокий снег. Скот, пасшийся уже в горах, должен был вернуться в хлева, где вскоре кончился запас сена. В то время кол­хозов еще не было, а правительство было не наше. В деревне заправилой был Вартыван. Он накопил много золота, вы­строил себе хоромы и жил как ядрышко в скорлупе ореха.

Осенью он руками батраков заготовил много сена и в эту трудную пору продавал его втридорога. А народ, отчаявшись, про­давал половину своего окота, чтобы купить сена и спасти этим оставшихся животных.

Я говорю сыну:

- Арут, сыночек, наш скот не выдержит, коли приходится покупать се­но горсточками. А этот бессовестный Вар­тыван, как видишь, забыл своего бога. Да­вай погоним скот к Куре, там теплее.

Сказано - сделано. Я взял своего младше­го сына Абеля, и мы отправились.

На четвертый день мы дошли до Акстафы и погнали скот в деревню Садалу, пря­мо к нашим знакомым тюркам. Они, как ты знаешь, летом поднимаются в горы, где мы живем, отсюда и наша дружба. Эти люди приняли нас так сердечно, что мы навеки останемся их должниками.

Здесь была настоящая весна. Кура разли­лась, помутнела, и в ее камышах птицы уже начали вить гнезда. Трава (поднялась на­столько, что скот мог вполне насытиться.

Овцы начали уже ягниться, и молока бы­ло много - мы делали похлебку и ели вдо­воль. Собаки поедали не меньше нашего, они потолстели и бегали без дела на этих равнинах, где не было ни волков, ни других тварей. Одним словом, жили мы сытно и хо­рошо.

Только плохо было то, что я целых две недели не ходил на охоту - руки и все тело мое словно чесались.

Однажды утром я увидел, что кучи наво­за вокруг хлева были разрыты, как будто кто-то прошелся по ним сохой. Смотрю: и в поле тоже такие же точно вспаханные места.

Я говорю: - Это что такое, Марлам?

А он мне: - Это ночью дикие кабаны здесь были. Они приходят сюда из камышей.

Как только он сказал это, сердце мое встрепенулось. Охота на кабана мне была непривычна: ведь в наших краях, как тебе известно, кабанов нет.

Наш хозяин сказал мне, что кабан хуже медведя. Его трудно убить, так как у него такой толстый слой жира, что он сейчас же закрывает рану и не дает крови вытечь. Поэтому кабан редко попадает в руки охотнику. А если встретишься с самцом, то нет тебе спасенья.

Марлам рассказал нам, как один из его односельчан поехал на охоту верхом, чтобы раненый кабан не достал его. С лошади он и выстрелил в кабана. Разъяренное животное бросилось на коня и клыками словно шашкой распороло ему заднюю ногу от копыта до бедра. Чтобы спастись от раненого ка­бана, надо или вырыть яму и забраться ту­да, так как кабан не может бить клыками вниз, или надо подняться куда-нибудь повы­ше, чтобы он не достал своим рылом.

Зная эти правила, я отправился в камыши и стал их обшаривать.

Рассчитав, в какую сторону побегут ка­баны, если их выгнать из тростников, я по­слал туда Абеля с собаками, чтобы он под­нял шум и заставил их выбежать на меня. Затем, я сел на пень и стал ждать.

Вдруг я увидел, как передо мной задви­гались и зашуршали камыши. Стадо каба­нов, ломая высохший тростник, прошло недалеко от меня. Я их сначала и не уви­дел; затем, показался один кабан с приподнятым кверху рылом. Я выстрелил и попал, но он исчез; тогда я бросился за ним по кровавым следам на стеблях. Вскоре я уви­дел его спину и выстрелил снова.

И вдруг почувствовал, что мои ноги уходят в тря­сину. Тут этот негодяй злобно захрюкал, повернулся и бросился на меня. Я направил ружье прямо ему в грудь и снова выстре­лил, а ноги мои уже по колено ушли в болото. Кабан настиг меня и навалился так, что я упал. Из его груди и спины лилась кровь. Ружье очутилось под ним. Я хотел выхватить кинжал, чтобы вонзить ему в грудь, но кинжал запутался в корнях тро­стников.

Кабан в это время стал уже издыхать и уже не мог меня ударить: он лежал, нава­лившись на меня половиной своей туши, и, сам погружаясь в болото, тянул меня с со­бой. Я старался вылезть из-под него, весь измучился, но ничего не выходило.

- Будь ты проклят, дьявол, что это за нака­занье! - выругался я.

В тот момент, когда кабан испускал ды­ханье, он повернулся так, что совсем при­давил меня. Я закричал:

- Абель, помоги! Эй, Абель, помоги!

На мой крик подоспел Абель с собаками, сбросил кабана и вытащил меня из болота. Да, этот негодяй хотел меня взять с собой на тот свет. Но это был не кабан, а це­лый буйвол: восемь пудов мяса и жира бы­ло в нем!

После этого случая я уже знал, как охо­титься на кабанов, и никогда не слезал с пня, чтобы там ни случилось, - закончил свой рассказ дядя Шакар.

- Я знаю, что ты об этом напишешь в книге, - прибавил он улыбаясь, - но не пиши ничего лишнего, а самое главное - не давай рисовать меня таким страшилищем.

Тут он поднял стакан вина, выпил за мое здоровье и высказал пожелание, чтобы моя пуля никогда «не упала на землю».

Начало рассказа здесь

Дорогие посетители, подписывайтесь и читайте с удовольствием. Ваш лайк - это "спасибо" автору.

Пишите свои отзывы и комментарии