Здравствуй, дорогой призывник! Наверняка ты уже слышал всякие истории о том, как садисты-офицеры вымогают у срочников деньги, разным образом над ними издеваются (как морально, так и физически), занимаются шантажом и прочими не особо приятными вещами, за что и прозваны «шакалами». Давай разбираться, где здесь правда, а где нет.
До службы в армии я тоже знал, что солдаты называют офицеров «шакалами». В основном это было навязано телевизором или историями людей, служивших в девяностых годах. Но в современной реальности все иначе. Не могу судить о том, что было раньше, но в тех частях, где я служил пять лет назад, данный термин в речи вообще никто не использовал. Даже офицеров, которые нам не нравились, мы никогда не называли «шакалами». Могли их между собой матом крыть, прозвища всякие придумывать, но чтоб «шакалы» - никогда. Общее слово, которым мы обозначали всех офицеров и прапорщиков, было – «погоны».
Теперь же о том, насколько в принципе справедлив эпитет «шакалы», если применять его к военнослужащим со звездами на плечах. Сразу отмечу, что цели обелить армию - у меня нет. Также как и очернить ее. Рассуждаю исключительно с позиций реализма. Так вот, подавляющее большинство офицеров – это обычные нормальные люди. Они ни чем не отличаются от гражданских: ни в лучшую, ни в худшую сторону. Многие – очень интересные личности, с которыми с удовольствием бы встретился в неформальной обстановке, если бы представилась такая возможность. Попадались, конечно, и мерзкие персонажи. Но таких было реально мало, и их не любили не только срочники, но и другие офицеры.
За год видел лишь нескольких подонков, про которых сейчас расскажу. Первого даже не помню, как звали. Он был командиром одного из взводов в роте, где я провел немного времени. Кровати взвода, где он командовал, находились рядом с кроватями нашего взвода. Поэтому логично, что мы общались с ними больше, чем с остальными солдатами в роте.
И вот как-то парнишке из этого взвода пришла посылка. Небольшая совсем. Парнишка сам был с деревни в Тверской области, из небогатой семьи. Мы его периодически подкармливали, часто угощали. И вот ему впервые что-то прислали из дома. Он весь такой радостный. Говорит, сейчас я вас тоже всех угощу и так далее. Однако, перед тем, как отдать посылку, офицер должен проверить ее на наличие запрещенных вещей. Он и проверил. Выбрал оттуда самые лучшие шоколадки и конфеты и пошел пить чай. Взял реально много. Почти половину. Даже сержанты брать ничего не стали потом.
Если честно, то я охренел от этого. Прежде всего, от того, что ни до, ни после, я ничего подобного не видел. Наоборот. Часто бывали случаи, когда, например, местным бойцам приносили шикарные передачки. Мамы-бабушки пекли выпечку и прочую домашнюю еду. Так вот, срочники чуть ли не упрашивали офицеров, чтобы те взяли хоть что-то попробовать. Ответы были в основном такие: «ребят, ешьте сами, вам нужнее, я дома поем». А если кто-то что-то брал, то чисто символически.
И вот на этом фоне такой контраст. Командир отжал у бойца своего же взвода пол посылки, при этом, зная, что тот сам по себе бедный. Отжал бы у кого-то из местных (местные, как правило, все были обеспеченными, иначе бы не служили в родном городе), я бы еще понял. Хотя нет, тоже бы не понял. Сейчас не 90-е годы, когда офицеры по полгода зарплаты не получали. Знаю, что говорю, потому что у самого отец офицер, и я прекрасно помню, как жила наша семья 25 лет назад. У этих же, почти у всех были иномарки, хорошие телефоны, зарплатой наверняка, тоже не обижены. Поэтому для меня это было дико. И не только для меня.
Подобных случаев я больше никогда не видел, но встречал офицера (уже в другой части), который практиковал вымогательство. Вот его бы я, наверное, мог назвать «шакалом». А точнее даже «крысой». Он любил втихаря шмонать солдатские бушлаты и тумбочки. Искал телефоны. Вообще, тумбочки у нас, конечно, часто перетряхивали. Но делали это открыто, на глазах у всех. Как правило, это было наказание за беспорядок в них. Этот же хмырь рылся в тумбочках, когда рота находилась на плацу или в поле, а в бушлатах – когда все смотрели программу «Время» в комнате досуга. Иногда просто мог тормознуть без причины любого срочника в роте и начать шмонать его.
В основном, конечно, ему были нужны телефоны. Несмотря на запрет, почти половина бойцов в роте имела нелегальные мобильники. Особенно старший призыв. Сейчас, наверное, кто-нибудь захочет мне сказать: а какого хрена, вы вообще носили с собой запрещенные телефоны? Есть же порядок, когда трубки выдаются раз в неделю по воскресеньям. Так что терпите, сынки, это армия, а не санаторий. Ишь, чего удумали, каждый день во время службы в телефоне сидеть. Поэтому все правильно ваш офицер делал.
Так-то оно так, но был один любопытный нюанс. Офицер вовсе не спешил относить отжатые мобилы на стол командира роты. Он их продавал тем, у кого, собственно, и отнимал. Или, как у нас говорили, «ставил на тариф». В другой части, где я служил, подобным образом поступали сержанты-срочники. Когда палили у кого-то телефон, предлагали перейти его владельцу на тариф «сержантский». Платишь какую-то сумму (она всегда была разной, как договоришься) и сержанты закрывают глаза на то, что ты пользуешься телефоном. Но этот тариф действовал только на уровне сержантов. Если же ты попадался с телефоном офицеру, то предстояло переподключение на тариф «лейтенантский» (шучу).
Но, вернемся к нашему «офицеру-крысе». Чуваком он был весьма предприимчивым. Один раз отжал у дневального штык-нож. Правда, там боец сам был виноват, конечно. Что-то делал со своим ремнем, положил штык-нож на подоконник и не заметил, как к нему подкрались «погоны». Офицер предложил выкупить штык-нож за косарь, но таких денег у дневального не было. Удалось сторговаться на трех сотнях.
Имелся у него и еще один вид дохода. Играл на гастрономических слабостях некоторых срочников. Были у нас в роте пара человек – фанаты «Макдональдса» и тому подобной еды. За гамбургер могли мать родную продать (здесь я, конечно, утрирую). Ну вот он их и возил иногда в этот «Макдональдс» по вечерам. За деньги, естественно. Но здесь хотя бы все честно.
В общем, дабы подытожить. Офицеры в основном – нормальные адекватные мужики, ни разу не шакалы. Попадаются, конечно, и не очень приятные личности, как в описанных случаях. Но, опять же, даже они какого-либо серьезного беспредела не творили. Никто никого никогда не избивал, не издевался. Хотя стычки случались, но локальные. И далеко не всегда их провоцировали офицеры. Возможно, у кого-то имелся другой опыт, и кто-то действительно сталкивался с неприятными ситуациями, связанными с поведением контрактников. Ничего не отрицаю, просто написал о том, как все виделось с моей колокольни. На истину не претендую.