Мне не разрешали прокаливать уши. А у всех девочек, и даже у некоторых мальчиков, были серьги. Когда в восьмом классе Таня сделала в ухе второй прокол, меня накрыло волной возмущения. Но я не решалась ослушаться и побоялась сделать это с помощью Игоря и скрепки. Аргументы мамы были мне не понятны. Про то, что там много точек, и если попадёшь «не в ту», ослепнешь или оглохнешь. Про то, что живем в тяжёлые девяностые, и у тети Светы в темном подъезде вырвали серьги вместе с ушами. Но основной: «вырастешь, будешь делать с собой, что захочешь, а пока я решаю». Поэтому я закончила школу без косметички с синей тушью как у Лены, без джинсовой мини-юбки как у Ксюши, с косой до пояса (стричь каре как у Саши тоже было нельзя), без сережек, ну и без Серёжек (им тоже нравились мини-юбки и каре). В 18 я отстригла косу, от тяжести которой болела голова. Все парикмахеры плакали и уговаривали не делать этого. Но мне нужно было избавится от груза. Уши я проколола первый раз, когда начались проб