«Концерт – это не исполнение альбома. Это театральное представление.»
«Мне нравится, когда люди уходят после нашего концерта с ощущением, что хорошо провели время. Я думаю, музыка QUEEN – чистый эскапизм, слушать её – все равно что смотреть хороший фильм. Люди могут погрузиться в нее, послушать, забыть на время о своих проблемах, получить пару часов удовольствия. После можно сказать, что было круто и вернуться с своим проблемам.» Фредди Меркьюри
Жил в XVII веке знаменитый ученый алхимик, а заодно один из основателей научной химии, Жан Батист Ван Гельмонт. Но речь пойдет о его сыне — герметике и враче Франциске Меркурии Ван Гельмонте (1620—1685), авторе фундаментального труда «О родинках и волосах под мышками». В не менее солидной работе «Medicinae gaudi » (Веселая медицина) Франциск Меркурий рассказывает о немецких и фламандских «игровых» и «зеркальных» госпиталях (Spiel und Spiegelhospitals ), устроенных «по методике знаменитого шута Тиля Уленшпигеля».
Два слова об этом герое. Мы знакомы с ним по крайне политизированному роману Шарля де Костера, который превратил «короля шутов» в борца за независимость. Меркурий Ван Гельмонт посвятил Уленшпигелю две главы, попутно высказав любопытные соображения о шутовстве. Глупость была во времена барокко, если так можно выразиться, в большой моде. Тиль Уленшпигель вовсю веселил народ на улицах Брюгге и Лейдена, представляясь мавром, медведем, горбуном, хромой старухой.
Меркурий Ван Гельмонт сообщает об одном госпитале в Гамбурге, устроенном в традиции итальянской комедии масок. Больного помещают в палату, где стены, пол, потолок выложены зеркалами. Под музыку, танцующим шагом к нему приближаются врачи с гротескно увеличенными щипцами, сверлами, клистирами, бистури. Главный врач в наряде арлекина несет на плече внушительный термометр, напевая примерно так:
Повернись-ка ты, милок
Со спины на третий бок
Господин лиценциат,
Влей вина страдальцу в зад...
Испуганный пациент, забыв про болезнь, визжит, царапается, кусается, потом, в ужасе от огромной бутыли и бешеных зеркальных фантасмагорий, замирает, покорный судьбе. Врачи суетятся над его отражениями, имитируют операцию, режут, пилят. В конце концов, больной теряет сознание и приходит в себя уже в обычной палате — его кормят бульоном, восхваляют его мужество и стойкость. Все плохие органы мастерски заменены на здоровые, ибо оперировал сам «султан врачей» — великий Махмуд аль Боабдил Селям Шафран. Правда, теперь он, пациент, превратился в негра, но негры нынче в фаворе. Подносят несчастному зеркало, вымазанный черной краской больной вообще перестает что-либо понимать...
Это простое резюме весьма сложного «лечения», вернее, облегчения активности corpus animae proximа (ближайшего «тела души»). Пациента, сосредоточенного на физических страданиях, пытаются освободить от доминации земли, от связанной с этим элементом черной меланхолии. Меркурий Ван Гельмонт сообщает о самых разных игровых вариациях подобной медицины: иногда рядом с больным ложится обнаженная девушка и вещает глухо-замогильно: «режьте меня вместо этого праведника»; девушку «режут», она обливается «кровью», истошно вопит, и преисполненный сочувствия пациент забывает о себе.
Идея игровых и зеркальных госпиталей соответствует одной из главных метафор барокко: мир — театр. Болезнь не побеждена, что бесполезно, ибо «вылеченная» болезнь породит десяток других, но попросту обманута, одурачена.
Надо всегда помнить, рассуждает Меркурий Ван Гельмонт, что тела наши — только ветошь карнавальная, которую получили мы для прикрытия наготы душевной. Ветошь подаренную мы охотно сбросим в должный срок. Только вопиющие глупцы выставляют нежную обнаженность души на потеху и растерзание хищной бесовской своре сильных мира сего, их присных и наушников. Да будут учителями нашими не профессора, сокрушенные кабинетной наукой, но шуты, буффоны и комедианты — так поучает нас преславная легенда о жонглере Богоматери знаменитого клирика Теофила. (Евгений Головин "Шутовская медицина")
На концертах Queen, конечно, не без помощи Фредди Меркьюри атмосфера праздника, пропитанная сакральным смыслом, присутствовала всегда. При этом, на выступлениях он мог позволить себе безобидные шалости такие как разбрызгивание водой, демонстрация ягодиц, запуск резиновых кукол и шариков, появление в короне и мантии. Однако чувство меры ему никогда не изменяло, за грань он не переходил. Фанаты были в восторге. Уходя с концерта каждый, бережно хранил и лелеял испытанные эмоции, забывая порой о непогоде, давке и других неудобствах.
Ooh, spread your wings and fly away with me
***
Уважаемые читатели, если Вам понравилась наша статья и Вы хотите поделиться ею с кем-либо, то автор просит Вас отнестись с уважением к его труду и воздержаться от копирования текста, а делать только репост.